А ведь мог бы, лучший друг, назвать сына и в мою честь. Чтобы отомстить, предложил:
— А ты его Владиленом назови. Влад — И— Лен. Сокращенно от имени — Владимир Ильич Ленин. А если девчонка, то Владилена.
Комиссар дивизии задумался, потом тряхнул головой:
— Слушай, а ведь и точно — Владилен, Владилена. И звучит красиво.
— Девочку еще можно Нинель назвать. Тоже Ленин, только в обратную сторону.
— Слушай, здорово! — пришел комиссар в восторг. — Правда, Анечка хочет ребенка Степаном назвать, в честь деда. Слушай, Володя, а давай мы с тобой вместе сядем? У меня свободное место рядом.
Но посидеть рядышком нам с комиссаром не удалось. Только мы уселись, как на сцену выбежал взъерошенный товарищ Каменев, и трагическим голосом сообщил:
— Товарищи делегаты съезда. Должен вам сообщить, что у нас случилось чрезвычайное происшествие. В крепости Кронштадт произошло восстание. Контрреволюционные матросы захватили власть, убили своих командиров и комиссаров. Поэтому, от имени партии большевиков, предлагаю всем желающим записываться добровольцами, чтобы ликвидировать мятежников. Сами знаете, рядом с Петроградом идут бои с белофиннами, любое промедление смерти подобно. Запись проводится в фойе.
Ну ешкин же кот! В моей истории матросы хотели избавиться от «продразверстки», а нынче-то им какого рожна надо?
— Ну что, особоуполномоченный ВЧК, пойдешь в добровольцы записываться? — толкнул меня в бок Спешилов. — Или тебе нужно у товарища Дзержинского отпрашиваться?
— А сам-то ты как считаешь?
— А чего тут считать? — хмыкнул Витька. — Я сам-то пойду, а как иначе? Я уже в восемнадцатом записался, значит, снова пойду. Но ты, если нельзя, то лучше оставайся.
Я посмотрел на своего лучшего друга. Вообще-то, будь я умным человеком, сказал бы ему: «Виктор, прости, но такому большому начальнику, вроде меня, вызываться добровольцем и идти штурмовать укрепрайоны — это глупость». Но так как я умным человеком себя не считаю, то только пожал плечами и сказал:
— Так куда тебя одного-то отпускать? Опять ведь во что-нибудь вляпаешься.
И вот, по меркам будущей эпохи два генерала (дивизионный комиссар Спешилов был бы с одной звездой на погонах, а у меня, как у начальника крупного отдела, их должно быть две, как минимум) отправились записываться в добровольцы. В общем, два придурка, решившие «сбегать на войну».
[1] 717 человек с решающим голосом, и 418 с совещательным.
[2] Наверное, тов. Аксенов имеет в виду резолюцию «Об улучшении положения рабочих и нуждающихся крестьян».
Глава восемнадцатая. От православия — к марксизму