Комарова фыркнула и вообще отвернулась, уставившись в окно.

На самом деле, едва Игорь Леонидович вошёл кабинет, я сразу подумал, какая-то херь. С чего бы ему бежать ко мне каяться. Но именно в тот момент еще не понимал, в чем прикол. Конечно, Комаровой приврал. Сказал, будто с самого начала все просчитал. Хрена там.

Однако, пусть она лучше думает, что я весь из себя хитромудрый тип, чем догадается о том, насколько огромные имеются провалы в памяти. Тут уже на нее вину не свалишь. Ни от какой "болталки" подобного произойти не могло. И вопросы возникнут тогда у самой Комаровой. А вернее самый главный вопрос. Кто Вы такой, Максим Сергеевич? А вот на него я как раз ответить и не могу. Моментально поеду в дурку.

Ведерников, когда я велел ему говорить при Комаровой, минут пять сидел молча. Изображал, будто собирается с силами и мыслями. Переживает. Кстати, неплохо изображал. Кое-кому даже можно поучиться.

— Я должен сообщить Вам некоторую информацию. Дело в том, что в нашем отделе имеет место злоупотребление служебным положением. Николай Иванович Мальцев и Нина Ивановна Филатова состоят в отношениях, которые являются аморальными.

Ведерников торжественно посмотрел на меня, выдерживая паузу. Я тоже говорить не торопился. Разглядывал Игоря Леонидовича с выражением вежливого интереса на лице.

Удивилась, наверное, только Комарова. И то, потому что не знала кандидатуры возможного любовника и, скорее всего, думала, это кто-то поинтереснее. Она же слышала разговор Филатовой с Ведерниковым в туалете. Без того ясно, что блондинистая соблазнительница мутит с кем-то женатым и при положении. Просто судя по недоумению на лице Александры Сергеевны, даже ей положение Мальцева показалось недостаточным для большой и чистой любви со стороны Ниночки. Всего лишь начальник отдела.

— Почему Вы молчите? — Спросил Ведерников через пять минут тишины.

— Должен что-то сказать? — Я сохранял на лице все то же выражение…никакое выражение. Вот как можно было бы назвать. В любом случае, если Ведерников реально рассчитывал произвести фурор этой новостью, то он, конечно, идиот. И данный факт ставит под вопрос его участие во всех случившихся событиях.

— Ну, как…Это же аморально! Мальцев — женатый человек. Да и вообще. Устроить любовницу в отдел, это, знаете ли… — Пухлый покачал головой, ещё больше напоминая мне пингвина.

— Полностью согласен! Все? Или ещё что-то? Может, Вы расскажите нам о себе?

Лицо Ведерникова изменилось моментально. Оно как-то вытянулось и даже в одну секунду похудело. Отвечаю.

— Аааа…Что о себе? Я ни с кем не имею подобных взаимоотношений. Занимаю свое место заслуженно.