Нина видела в Игоре только товарища. Однако, при этом, его помощью в учебе пользовалась с огромным удовольствием. А Игорек, конечно, помогал. Потому что благодаря этому, мог каждый день после уроков проводить время с Ниной в читальном зале школьной библиотеки, где они делали домашнее задание.

Ведерников понял, что влюбился. Искренне и навсегда. Он строил их будущее в своей голове до самого последнего дня совместной жизни. Нина была не только красивой. Еще в ней чувствовалось правильное упрямство. То, которое всегда помогает добиваться поставленных целей. Однако, пока Ведерников сочинял признание в стихах, проигрывал в голове сцену, как придет, упадёт на колени и предложит Ниночке руку в комплекте с сердцем, пока настраивался и набирался смелости, закончился учебный год. Нина уехала. Очень неожиданно. Несчастный Ромео деревенского разлива пытался выяснить, куда. Оказалось, что в город.

Игорь загрустил. Подумал. И тоже уехал. Пытался найти Нину, но не смог. Ее мать нового адреса не дала, сказала, сама не знает. Впрочем, в какой именно институт поступила дочь, она тоже была не в курсе. Странно, конечно. Однако желание Ниночки разорвать связь с деревней, Ведерников вполне понимал. У самого было так же.

Конечно отъезд Игоря в город был связан не только с Ниночкой. Он его планировал изначально. Ведерникова ждал университет и светлое инженерное будущее. Такая профессия казалась Игорю достойной гения. А себя он на полном серьёзе считал гением. Тем более, мать по секрету, сказала, что его отец — самый настоящий герой. Работал на благо родной страны. Занимался какими-то сложными, секретными разработками. Умер во цвете лет, износив здоровье. Сильно много трудился. Причем, работа его была настолько секретной, что даже могилки теперь не увидать. Государственная тайна.

Игорь с этой мыслью и пришёл к выводу, он должен продолжать дело отца. Если тот был героем невидимого фронта, то уж единственный сын обязан пойти по его стопам. А потом, на втором курсе, совершенно случайно, приехав домой, услышал разговор матери с родной сестрой, которая Ведерникову приходилась теткой.

— Ты собираешься парню правду сказать?— Спросила она мать.

— Какую? Что его отец жив? Конечно, нет. Ты для чего нам новые документы справляла? Просто так разве? Ему не надо вообще ничего знать. Испортить жизнь сыну? Ну, уж нет.

Игорь застал самый конец их беседы. Он замер возле двери, опасаясь, что его увидят. Но желание услышать продолжение было гораздо сильнее сомнений, правильно ли вот так, исподтишка, подглядывать за матерью. Однако женщины, наверное, все равно что-то заметили и быстро свернули тему.