Поэтому не только бандеровская власть в Киеве была в шоке, но и все западные кураторы. От пиндосов до наглов, с примкнувшими к ним евреями и немцами. Эта была вторая часть откровения Мыколы Сосковца, именно так представился мой информатор. К этому откровению я не был готов, хотя и не сомневался в участии западных кураторов, но чтобы так нагло, не ожидал. Поэтому пришлось Мыколе дважды повторить перечень фамилий и адресов своих кураторов и связников, чтоб я их запомнил намертво. Закончив с допросом, я повторно усыпил пленников и занялся обыском всей небогатой усадьбы, первым делом начал с сарая. Не понравилось упоминание бандеровца, что там лежат охранники из Белого дома.

Отгоняя мрачные предчувствия, я надеялся, что парни живые, но действительность оказалась хуже. Все трое моих охранников лежали возле казённого автомобиля, со следами побоев на лицах и сорванными ногтями на пальцах рук. Внимательно проверив пульс у всех троих, я окончательно убедился в их смерти. Судя по трупному окоченению и характерному запаху мёртвой крови, умерли они ещё утром, полдня назад. Не задумываясь, я положил парней в машину, поставил скорости на нейтралку и вытолкал жигулёнок из двора бандитского логова. После это тщательно протёр все поверхности, которых касался. Следом выгнал бандитскую машину, имевшую в багажнике целый набор номерных знаков, заменил на самые старые и погнутые номера.

В бардачке нашёл документы на эти номерные знаки, на лобовом стекле была наклеена «непроверяйка», при наличии которой гаишники не имеют права останавливать машину. После это осталось поработать над трупами бандитов, убрать у них следы моего воздействия, застрелить всех шестерых бандеровцев из их же оружия. Затем разлить внутри дома канистру бензина из багажника машины моей охраны, да поджечь к чёрту это бандеровское логово. А потом рванул в Москву, надев полиэтиленовые пакеты на ноги и резиновые перчатки на руки. Дорогу в столицу я запомнил, почти все адреса кураторов и связников представляю. К ним и направился.

Первым делом занялся кураторами, пока не стемнело. Всего кураторов оказалось странно много — семеро. К счастью, четверо жили в одной квартире. Поэтому время удалось сэкономить. Разговаривать с ними смысла не было, за девяностые годы в Москве поменяются сотни, если не тысячи таких кураторов. Да и сейчас, не сомневаюсь, что в городе живут сотни подобных шпионов, с различными заданиями. Но пусть их будет немного меньше, за убийство троих знакомых мне парней-охранников хотелось отомстить не только бандеровцам. Поэтому на первой же квартире я прихватил кофту с узкими рукавами, надел её, чтобы не оставлять следы пороха на руках. Так что ликвидация кураторов с последующим отстрелом заняла чуть больше часа.