— Давно пора работать, надоело мне дома сидеть. Даже картошку убрала в саду, совсем нечего делать. — Только и ответила женщина на мои слова.

В качалке у Олега всё было спокойно, подельник порадовал меня отсутствием конфликтов и полным освоением нашей части города. Оценил работу его новой службой безопасности, которая выявила пару уголовников среди новых боевиков, и раскопала третьего, того самого, что говорил, что сел по малолетке и по глупости. Проверка на судимость показала две судимости, за грабёж и вооружённый разбой. Явно внедрялся по указанию уголовников, но колоть его Олег не стал, так выгнал.

— Зато на прошлой неделе наш Петруха женился на судебной секретарше, — огорошил меня Олег.

— Какой Петруха, на какой секретарше? — Пытался я припомнить среди своих знакомых Петра и судебных секретарш.

— Ты же сам говорил, что надо парней знакомить с судебными секретаршами, они рано или поздно судьями станут, — напомнил мне подельник.

— Но я же не говорил, что это обязательно? Вдруг она в судьи не выйдет?

— Ничего страшного, я ничего Петьке не говорил, он сам в неё втрескался. Просто всё так совпало, — улыбнулся парень.

— Тогда премируй его от меня и поздравь от всего сердца. — Я выложил на стол десять тысяч рублей. А прощаясь с Олегом, сказал: — Береги Петра!

От своих бандитов я поехал на Уралмаш. Там наверняка бардак творится после разгрома партийного центра. Полагаю, что уж заводского парторга и всю партийную сеть по цехам и производствам будут громить в ближайшие дни. Наверняка мои контрагенты под шумок не преминут себе украсть, а мне продать как можно больше отходов производства. Благо парторги мало соображают в самом производстве и напоследок подпишут всё, что угодно. Уверен, кому нужно, всё это поняли не хуже меня, и сейчас попрёт гора цветных металлов, успевай платить и отвозить.

— Привет, Фёдор, — встретил меня начальник поста охраны на проходной. Не забыли за два месяца, приятно. — Проходи, поговорить надо.

Мы прошли в комнату при проходной, где охранник сразу включил чайник. Значит, разговор планируется долгий. Начальник поста уселся напротив меня за стол, положил руки на столешницу. Мужчина нормальный, немного старше меня, только без образования. Как пришёл с армии, устроился на работу в охрану, так и пилит полтора десятка лет. По молодости сутки через трои — оно неплохо. А по нынешним временам уже здоровье не то, да ответственность растёт, зарплата за ней не успевает.

Начальники воруют всё больше и больше, по документам вроде всё правильно, а в случае провала кто будет виноват? Начальник охраны и дежурная смена. Полагаю, именно об этом и собирается говорить со мной Анатолий, с которым мы давно на «ты». И в моей работе его всегда удивляло не сотрудничество с вороватыми кладовщиками, а то, что я беру от них не оборудование или ценные трактора, машины, бульдозеры, что воруют остальные, а никому не нужный списанный металл, шлак по-здешнему. Начиная от бракованных отливок и заканчивая стружками, покупку которых никто кражей не назовёт, даже бэхээсэсники с гуманитарным образованием.