Так размышлял я, плывя, или «идя», как предпочитают говорить моряки, по южно-китайскому морю и загорая на «крыше» ходовой рубки. Я — пассажир, мне было можно. Хотя и другие члены экипажа в свободное время загорали, например штурмана. Танкер «Дальнереченск» имел пять тысяч тон дедвейда и двадцать пять человек экипажа. Внутри него стояла «машина» под управлением автоматики и дизельная команда не стояла вахт, а обслуживала механизмы с восьми до семнадцати. А потому днём была занята. Но в обеденный перерыв и некоторые мотористы выскакивали погреться на «южном» солнце. Уже напротив Тайваня можно было загорать смело, а «ниже» становилось только теплее.

Судно шло прямым ходом в порт Пасир-Гуданг, там выгрузилось. У меня валюты не имелось и потому я со штурманами в город не поехал, а немного погулял по бережку и подивился на местных длинноногих, словно «борзые», собак-дворняжек.

Было непривычно жарко, душно. Экватор, млин…

После выгрузки дизельного топлива танкер обогнул остров Сингапур в востока и встал на внешнем рейде на якорь. Тут капитан попытался меня удивить, выдав тридцать сингапурских долларов, и подсунув документ, где я должен был расписаться в получении тридцати американских. Всего-то разница в трёх буквах, а доходность от операции — сорок процентов…

— Вы перепутали валюты, капитан, — сказал я по-английски спокойно и чуть насмешливо.

— Хм! Да, перепутал, — ничуть не смущаясь, кивнул капитан и вынул из стола другие деньги. — Сейчас подойдёт рейдовый катер. Там вы отдадите десять американских долларов, а отдали бы капиталистам сингапурские.

Я хмыкнул.

— Так и поменяйте мне по курсу, — предложил я.

— Один к ноль четырём, — предложил капитан.

— Один к ноль пяти, — предложил я.

Капитан подозрительно на меня глянул и снова достал сингапурские тридцать баксов и добавил к ним доллар и двадцать центов. От неожиданности я едва не подавился слюной, которая выделилась у меня глядя на американские доллары.

— Э-э-э… А как вы считаете? — спросил я. — Что это у вас за курс такой.

— Хм! — выдавил из себя капитан не очень уверенно. — Шестьдесят американских центов за сингапурский доллар.

— И-и-и…

Капитан «деланно» стукнул себя ладонью по лбу и, надо же, покраснел.

— Извините, — сказал он и к тридцати сингапурским добавил ещё двадцать долларов. Мелочь он, естественно, смахнул в ящик стола.

— Вы отлично считаете, — хмыкнул капитан.

— Чему учили, — промолвил я и улыбнулся.

Поездка на катере мне обошлась не в десять долларов, а… бесплатно. Это был муниципальный портовый транспорт и я знал, что он совершенно бесплатный, а моряки не знали и платили. А я нагло посмотрел сборщику подати в его бесстыжие глаза и, сказав по-английски: «Бог подаст!», отвернулся к морю.