По выходу из порта я отзвонился «по спутнику» дяде Гене и сообщил ему, что везу аж четыре машины, которые выгружать собираюсь в Находке, и нужна его помощь в перегонке на стоянку. Дядя был умным и лишних вопросов не задавал, а сказал, чтоприедет с начальником отдела снабжения Калиниченко и возьмёт кого-нибудь из своих ребят-кадровиков.

Я облегчённо вздохнул, а капитан, слушавший мои переговоры, кивнул, каким-то своим мыслям.

Однако мы зашли сначала не в Находку, а во Владивосток. И не зашли, а встали на рейде напротив Первореченской нефтебазы, ожидать места под выгрузку пальмового масла. Но ведь у меня были подарки жене и детям… И я рванул на первом же катере на берег, благо, что «мой» третий механик тоже был наш, Владивостокский. Взяв то, что мог унести, я добрался до дома и обрадовал своим появлением близких. Появлением и подарками. Йогурты, мороженное, печенье, шоколадки и напитки. Что ещё нужно детям, не видевшем ничего лучше шоколадки «Алёнка» и печенья «Курабье».

С моей сопки как раз был виден рейд, на котором стоял танкер. И на следующие сутки он с рейда пропал. Значит встал под выгрузку понял я и рванул обратно на судно. Беспокойство за моих красавиц и красавце гложило меня. И оказалось, что гложило оно меня не напрасно.

Поднявшись на борт, я увидел братков, бродивших по палубе между машин, как у себя дома. Кто-то что-то орал с рубки. У меня по спине потекли струйки холодного пота. Пройдя мимо ребят, одетых в кожаные куртки, я рассмотрел внимательно их хамоватые и презрительные лица.

— Чо пялишься? — спросил один в беличьей шапке.

— Пялят Дуньку Кулакову.

— Правильный, что ли? — удивился браток. — В понятиях?

Я цыкнул зубом.

— Захар! — крикнул он, отправляя звук на верхнюю палубу собранными у рта руками. — Тут один дурочку гонет.

— Прихватите его. Побазланим, кто такой. — крикнули с рубки.

Я был в ахуе! Где экипаж? Где все двадцать пять человек?

— Кран где? — крикнули сверху.

— Сёма с Валиком крановщика ищут.

Меня ещё больше прошиб пот, который потёк мне в трусы Ниагарским водопадом.

— Ах вы суки! — подумал я.

— Эй, чо, стой! — окликнул меня «чокальщик»

— Сам стой, — сказал я и смахнул его руку со своего плеча.

Заколотило основательно.

— Вот она минута славы или позора, — мелькнула мысль.

— Чо, стой, говорят, — крикнул парень и получил ногой в печень. А я метнулся ко второму, уворачиваясь от удара справа. Было тесно. На палубе стояли машины, а мы находились возле рубки, до двери которой я не дошёл два шага.

— Сука! — вскрикнул второй, получивший круговой удар ногой справа в колено.