— Всегда прислушивается к мнению месьора Отиля, — расплылся в улыбке Франциск. — Он один из мудрейших людей Силистрии.
Насколько я понял из дальнейшего разговора, Франциск был одним из ближних слуг его величества. Нечто среднее между порученцем и мальчиком на побегушках. А еще этот шустрый малый некоторое время назад крутил любовь с одной из сестер Гарольда, а потому симпатизировал его семье.
— Я сам слышал, как король говорил: «Монброны — столпы моего королевства. И не эти, а те». Ну, в смысле, старшая ветвь, — время от времени оглядываясь, трещал шустрый юноша. — Так что правильно ты сделал, что пришел.
— А разве есть другие варианты? — изумился Гарольд и остановился. — Все, пришли. Франциск, доложи.
Один из коридоров, я уже сбился со счета, который именно, привел нас к огромным, размером с подвесной мост, и изумительной красоты дверным створкам. Около них мялось человек двадцать в дорогих камзолах, которые, заметив моего друга, тут же начали шушукаться.
Стражники же, стоящие рядом на посту, даже не пошевелились при нашем появлении.
— Сейчас, — понятливо кивнул юноша. — Жди.
Он подошел к дверям, толкнул их вперед, и створки неожиданно легко распахнулись. Надо же, был уверен, что они тяжеленные.
— Ваше величество, позвольте доложить, — гаркнул Франциск. — Гарольд Монброн из старшей ветви Монбронов Силистрийских нижайше просит принять его.
Про меня он вообще даже не упомянул. Как видно, не дотягиваю я пока до такой чести.
— Проси, — донесся до меня басовитый голос.
— Ну, идем, — толкнул меня Монброн. — Чего встал?
Глава 16
Король Эдуард оказался вовсе не таким, каким я ожидал его увидеть. Голосина-то у него о-го-го какой, вот мне и представился плечистый здоровяк вроде папаши Аманды. Ну, может, только помоложе и без бороды. В Силистрии, насколько я понял, и усы, и бороды не в чести.
А вот и нет! На троне, который, к слову, более всего был похож на обычное кресло, только позолоченное, сидел невысокий мужчина, упитанный и вдобавок со здоровенной залысиной. Да у него даже короны на голове не было!
Но это точно был король, потому что Гарольд склонился в изящном поклоне и произнес:
— Ваше величество, позвольте поприветствовать вас!
Я, само собой, тут же попробовал повторить его движения, но, как видно, справился с этой задачей не очень-то. По крайней мере, следом за этой попыткой по тронной зале пробежали смешки. Зрителей-то тут хватало, человек двадцать стояло и сидело вдоль стен, и, как видно, я их изрядно повеселил.
Впрочем, кое-кто не смеялся — два человека в черных, надвинутых на лицо капюшонах.