О печке же вопрос с каждым днем вставал вставал все более остро, и тревожная я уже воображала, как пытаюсь развести костер в метель среди сугробов. То железное недоразумение, что поразило меня своим видом в мой самый первый день в этом мире, мы с лязгом и грохотом выдворили из дома прочь и теперь рассматривали на предмет: нельзя ли хотя бы временно использовать эту печь как банную. Но она была маленькой, дымила как паровоз, и воду на ней не вскипятишь, поэтому мы решили разломать ее на запчасти и пустить их на строительство новой печки. Как арматура для крепости точно сойдет.

Камни теперь таскали всем коллективом, и требовалось их немало, ведь других материалов для фундамента у нас не было. Я очень надеялась, что если наша печь скривится, осядет, рухнет или съедет в какую-нибудь строну, то случится это не раньше весны, и зиму пережить мы сумеем.

Печником был назначен Зарен, который попытался было взять самоотвод, но кто бы ему позволил, других кандидатов все равно не было. Остальные помогали в качестве разнорабочих: добывали и замачивали глину, разминали ее ногами, подавали камни, и день, когда в печи впервые затанцевал огонь, получился почти праздничным.

— Идет дым, идет! — радостно кричали с улицы дети, а я прикидывала, как скроить бюджет и добыть мешок муки. Покупать хлеб было дорого, свой всяко должен обходиться дешевле.

В моем мире хлеб, испеченный в русской печи, считался очень вкусным, и пусть у нас скорее получилась какая-то компактная помесь камина с печью-барбекю, я верила, что смогу приноровиться. Ну или Арда сможет. Мне иногда казалось, что раньше она была хозяйкой какого-нибудь заведения вроде трактира, потому что готовила она из наших скудных продуктов очень вкусно, и так привычно отпускала шуточки и прикрикивала на мужчин, раскладывая пищу, будто всегда этим занималась.

Дни мелькали так быстро, что складывалось ощущение, будто виконт Лавье посещает нас едва ли не каждый день. Вот только что приезжал, и вот он снова стоит у границы со своим списком.

Но нет, добросовестный виконт в полном соответствии с приказом прибывал два раза в неделю, и я старалась поддерживать с ним добрые отношения. Нам нужно менять имидж. Рыбу-то нашу до сих пор покупают со скрипом, и то скорее потому, что цена куда ниже, чем у конкурентов, а ведь давно уже все убедились, что никакого вреда от нее нет. Поэтому виконту я улыбалась, и исправно передавала приветы и пожелания здоровья старосте Дагуру — добрососедские отношения с деревенскими были еще важнее.

Правда, мой первый привет неожиданно поверг Дагура в панику, и он явился в тот же день, вручив мне мешочек с семенами редьки и уверив, что если он случайно и забыл ее упомянуть, так это только по скудоумию, а не по злому умыслу.