У меня захватило дух. И слава Хранителям, иначе бы я заорал от неожиданности.

Это определённо не случайность, — думал я, не зная, плакать мне или смеяться.

Это карма.

Улучив момент, я двинулся навстречу.

Надо сделать так, чтобы она не испугалась. И не закричала, всполошив охрану по всему дворцу.

Из преимуществ: на мне стэллс-костюм. Нано-ткань имитирует цветовую гамму того места, где я нахожусь. Не сразу, с еле заметным опозданием — микрочипам требуется время на обработку данных. Но если двигаться медленно…

Я успел перехватить Любаву в тот миг, когда она готовилась распахнуть сёдзи, за которыми была комната охраны.

Неслышно подступив сзади, я с силой вдавил кончики пальцев ей в плечо у основания шеи. Девушка обмякла. Подхватив бесчувственное тело на руки, я отступил на лестницу. Взлетел по ступенькам — как можно дальше от охранников — и вновь оказался в той комнате, из которой начал свой путь.

И надо было мне сразу, не мешкая, пропихнуть Любаву в тайный ход и начинать спуск в подземелье…

Но к сожалению, она не была ребёнком. Тело девушки оказалось попросту слишком крупным для того, чтобы тащить его по узкому лазу.

Пришлось приводить её в чувство.

Интуиция подсказывала, что такое обращение Любава не сочтёт достойным своей драгоценной особы. Проще говоря, как только придёт в себя, она моментально озвереет.

Открыв свои синие, с изумрудными крапинками глаза так широко, как это было возможно, Любава долгую секунду пялилась на меня в упор, а потом притянула к себе и влепила жаркий поцелуй.

И только я приготовился расслабиться, и получать удовольствие, как почувствовал сокрушительный удар в челюсть.

Точнее, это была пощечина.

Но рука у Любавы была тяжелая, а удар поставлен профессионально. Так что пощёчина сбила меня с ног. И хотя ковёр заглушил звук падения, сердце сжалось от дурного предчувствия: если по коридору кто-то идёт, он непременно поднимет тревогу.

Подняться я не успел. Как и прислушаться. Любава прыгнула на меня сверху, как дикая кошка. Оседлала грудь, прижала руки к полу и прошипела в лицо:

— Что ты здесь делаешь?

Глаза девушки сверкали яростным блеском. Щеки налились румянцем, волосы растрепались, окружив голову огненным ореолом.

— Ты очень красивая, когда злишься.

Банальность, согласен. Но бывает так, что именно банальности могут принести наибольшую пользу…

От неожиданности Любава ослабила хватку, и теперь уже я прижимал её спиной к полу, зафиксировав ноги и руки в борцовском захвате.

Одета она была в шелковое ночное кимоно чёрного цвета. Ткань такая тонкая, что я чувствовал каждый мускул её разгоряченного тела. От волос шел такой запах… А учитывая, что мой стэллс-костюм толщиной напоминал капроновый чулок, сцена становилась слишком двусмысленной.