— Да, Митяй подвисал, но мы решили, что это от грибов. Он сказал, что так борется с черным спектром.

Усатый заржал.

— Классная легенда. Я бы никогда в эту сказку не поверил. Сразу видно, лопухи.

Максим отвернулся от него, не желая продолжать разговор. Усатый проигнорировал реакцию Максима, блаженно потянулся и зевнул.

— Как бы здорово здесь было, если бы не этот черный спектр, — произнес он восторженно и глубоко вдохнул чистый воздух, напоенный ароматом цветов и нагревшейся на солнце зелени. — Поселился бы в этой деревне, семью завел, детей настрогал с пяток.

Максим не стал комментировать мечты усатого. Его мучили совсем другие мысли.

— Что думаете с нами делать? — спросил он прямо.

— Я-то? Ничего. Вы пленные, поэтому будете допрошены, а уж как решат вашу судьбу, мне фиолетово.

— Кто будет допрашивать?

— Есть у нас такая служба, которая умеет выведывать секреты, — командир спрятал ухмылку в усах, но не смог скрыть ее во взгляде.

Максим понял, что его забавляет роль вершителя судеб. Этого в людях он не любил, и всегда опасался попасться в плен к подобным типам. Они могли казаться дружелюбными, но только потому, что им было приятно наблюдать за вашим незавидным положением. На самом деле никаким милосердием подобное дружелюбие и не пахло. Оно просто смердело садистским наслаждением ожидания издевательств, оправдываемых тяжелыми обстоятельствами.

— Нас будут искать, — предупредил Максим. — Зачем вам этот казус белли? (повод к войне. Латынь)

— Никакой это не казус, друг, это работа, и я привык ее делать хорошо. Будешь выступать, мы вам рты кляпами забьем, свяжем и вон в телегу крестьянскую сложим, будете всю дорогу пыль глотать. А насчет искать… Не переживай, встретим мы ваших искателей. Спасибо, что предупредил, — усатый нагнулся и приказал водителю: — Сеня, трогай.

— Куда едем? — донеслось из нутра машины.

— Домой давай. Тут ребята расклеились на солнцепеке, — усатый повернулся к Максиму. — Я вас предупреждаю: за попытку бегства расстрел на месте, ферштейн?

— Я, я, — опередил с ответом Толик, — майн фюрер.

Усатый заржал в своей манере и скрылся в машине.

— Мудила, — добавил негромко Егор и изобразил, как выдернул чеку из гранаты и бросил ее в люк.

БРДМ объехал село, развернув ствол пулемета в его сторону. Никто из жителей так и не показался на глаза. Усатый видимо решил, что уехать просто так будет слишком неинтересно, и выстрелил в сторону ближайшего сеновала зажигательной пулей. Сено мгновенно охватило огнем. Однако и это не побудило жителей выскочить на улицу. Сеновал и близлежащие деревянные постройки охватило бешено горящее пламя.