Максим открыл глаза.

— А вы как, мужики? — спросил он.

— Нормально, — закряхтел Толик. — Егорку тяжело ранило. Рука выше локтя на одной коже держится. Мы ему ремнем затянули, но он очень много крови потерял.

— Блин, жаль, — Максим вздохнул и закашлялся. Легкие болели. — А с нами что? Где мы и кто стрелял?

— Ты это, командир, только не пугайся, — заранее шепотом предупредил Макар. — Это страховщики. Только они капец какие странные. За все время не произнесли ни слова.

Максим попытался приподняться, чтобы оглядеться. БРДМ догорала, изредка щелкая взрывающимися патронами. От нее тянуло горелой резиной и плотью. Человек десять, если их еще можно было так называть, суетились чуть в стороне. Они были вооружены обычными автоматами, у парочки через спину висели трубы одноразовых гранатометов. На бойцах была надета одинаковая темно-синяя форма, похожая на униформу каких-нибудь строителей или дворников, словно их совсем не заботил камуфляж под природное окружение. На рукавах у тех, кто был повернут к Максиму боком, виднелись нашивки в виде перевернутого солнца. Сомнений не было — это были старые знакомые из секты наркоманов «Mir of Fear», значительно преуспевшие в адаптации к суровым условиям «черного спектра». Пожалуй, это был наихудший расклад из всех случившихся за последнее время.

— Ну, теперь мы точно попадем на собственную казнь, — горестно произнес Толик.

— Простите, мужики, — приступ раскаяния, парализующий волю, овладел Максимом.

Он закрыл глаза, выдавив веками из них две скупые слезы. Всё, на что он решился, в свете происходящего показалось таким бесполезным. Далась ему эта загадка черной зоны. Она не стоила жизни его товарищей и его собственной. В погоне за ней, как за миражом, он теперь реально оставит Машу вдовой, а Веронику сиротой. Он представил их реакцию на известие о собственной смерти, и ему стало невыносимо жаль своих девчонок.

— Ладно, командир, а ля гер, как говорится, ком а ля гер, — Толик вздохнул. — Никто не знает, что нас ждет. Пока что мы переходим из рук в руки, как переходящее красное знамя. Если это движение по кругу, то обязательно вернемся к началу.

— Очень хотелось бы в это верить, — тихо произнес Макар. — У меня мурашки от этих немтырей, я даже в их сторону смотреть боюсь. Чего они ждут?

— Эй, ребята! — неожиданно выкрикнул в сторону сектантов Толик. — Мы чего-то ждем?

Парочка страховщиков обернулась и пристально уставилась в глаза Толику. Тот мгновенно побелел, глаза расширились от ужаса. Макар быстро сообразил, и закрыл его спиной от дурманящего взгляда. Затем отвесил Толику звонкий шлепок ладонью по щеке. Товарищ пришел в себя и часто заморгал, словно не мог понять, в какой из реальностей сейчас находится.