Я записывал его мысли, даже не пытаясь их анализировать. Но выглядело всё… очень, очень неоднозначно. А Лаврентий меж тем, потеряв весь свой лоск, обратился к дознавателю:

— Мне нужно позвонить. Я имею на это полное право. Я не человек с улицы, я уважаемый сотрудник Министерства экономики! Немедленно предоставьте мне доступ к средствам связи!

Разумеется, мужик жестоко обломался. Дальше ему зримо приплохело, пришлось вызывать врача. Там реально сердечко засбоило на фоне гипертонии. Причем, Лаврентий сам раскачал себя до такого состояния. Сам неведомо чего испугался, сам в эту страшилку поверил и нарисовал страшное будущее, в котором нет места ему и его семье.

Пока задержанного откачивали и определяли его в местный лазарет, меня дернули в ту самую соседнюю комнату.

— Ошибки быть не может? — спросил Игорь Семенович.

— Мемрах. Но… может, и Мемарх. Такие тонкости я пока не улавливаю. И с Зарткевичем может оказаться Заркевич. Но мне показалось, там явственно была буква «т» посередине.

— Я не про это! — вспылил дед, но тут же сообразил, что выплескивать свой гнев на меня — предельно глупая идея. — Вторжение это непонятное, что сам о нем думаешь?

— А я еще не успел ничего осмыслить, — пожимаю плечами. — Был сосредоточен на том, чтобы поймать его мысли и не засветиться.

— А что еще увидел? Внешность этот Мемраха? Говори!

— Дед, ты опять пытаешься по тем же граблям плясать, — я в упор посмотрел на Семеныча. — В прошлый раз ты откупился моим вечным депозитом в «Пижонах», на этот раз я даже представить не могу, чем ты будешь пытаться снивелировать свой наезд на меня. Повторяю по буквам: я написал вам всё, что успел срисовать с его ментальной сферы. Никакими данными сверх того не располагаю. Анализ тоже не проводил. Не нравится, как я работаю, так я пошел. Вызову такси и рвану в общагу. Хоть высплюсь перед новой учебной неделей.

— Не горячитесь, мужики, — примирительно попросил нас Карп Матвеевич. — Похоже, действительно важную тему нащупали. Теперь надо понять, как её дальше разыграть с тем, чтобы больше данных получить. Пока в сухом остатке два имени. Одно — некий неизвестный Мемрах, который готовится к вторжению в нашу страну, в то время как Иные по какой-то причине опасаются его преследования. Второе — Зарткевич. Человек, которого мы заведомо можем найти, если исходить из слов Лаврентия. Поэтому с него и предлагаю начать. Кто в архив пойдет?

— Давайте я, — поднялся дедуля. — Попрошу всё, что есть на Зарайских, а заодно загляну по поводу Зарткевичей. По-любому где-то рядом их дела должны храниться.