«Благодарю за службу!»
«Обращайся, папаша!» — весело отозвался конструкт.
Надо же, меня вчера пыталась подколоть на тему алкоголя, а сама? Вот уж точно: у кого чего болит, тот о том и говорит. Впрочем, не пойман — не вор. Характерного запаха я от нее не почувствовал, да и глаза за очками припухшими не выглядели. Разве что самую малость. М-да, похоже, любила она своего мужа, отсюда и излишняя стервозность к миру, который забрал у нее любимого человека. Увы, дерьмо случается. И как правило, внезапно.
Я тихонько добыл дальфон, который предусмотрительно перевел перед началом занятий в бесшумный режим. Ого, у меня личное сообщение! Дед, Эраст, Давыдов, Глафира, Василькова или Милана?
Игорь Семенович. Наплел сорок бочек арестантов, видимо, подозревая, что нашу переписку подвергнут перлюстрации. Однако намеками и полунамеками дал понять, что в проекте изучения Иных добавились новые существенные штрихи, и предлагал обсудить это сегодня по окончании занятий.
Я тут же ответил, что всегда готов и вообще соскучился по дедушке, а если этот добрый и щедрый человек еще и сводит внука в любимую ресторацию… На что получил ответ, что внучок наглый и крутит бедным старым родственником как хочет, но так и быть, встречаемся у входа в четыре часа.
Ура, «Пижоны»! Ради вас я откажусь от перекусов на бегу и в столовой! Ждите меня!
Меж тем из динамика раздалась приятная мелодия, заменяющая собой звонок. Первая пара подошла к концу. Марьяна попрощалась с нами и покинула аудиторию, прижав к груди исписанную мною пачку листов.
Я с довольным видом потянулся… как вдруг почувствовал себя рыбешкой в океане. Маленьким таким ершиком в окружении стаи голодных пираний. А снизу ко мне с видом триумфатора уже поднималась Василькова, явно желая показать, что она единственная из всех присутствующих хорошо со мной знакома.
Скажу коротко. Всесоздатель, дай мне сил пережить это. Очень прошу…
Глава 11
— Да ладно! А дальше, дальше что было? — дед уже насмеялся, мне кажется, на сто лет вперед.
Хорошо, что в «Пижонах» со звукоизоляцией в кабинетах полный порядок, иначе бы нам уже точно сделали замечание за то, что мешаем другим гостям. А так Игорь Семенович, не сдерживая себя, хохотал в голос, слушая о моих сегодняшних злоключениях.
— А дальше Василькова сказала: не знала, что ты еще и математик. И со значением посмотрела на меня, будто я ей рубль золотой задолжал.
— Феерическая идиотка.
— Согласен. Такого испанского стыда я не ощущал уже давненько. Прозвучало так, будто мы с ней вот только-только перед занятиями из одной койки вынырнули. Даже не знаю, как следующие пары высидел. Знаешь, сколько мне за этот день в личку однокурсниц написало? Одиннадцать! Лучшая реклама, вашу Машу!