Она вздрогнула:
— Ты не держишься в седле?
— Да, — еле слышно прошептала я, и жар стыда обжег щеки.
— Как это ты не держишься в седле? — у нее отпала челюсть.
— Да потому что я не ты! — крикнула я.
Она отшатнулась, словно я дала ей пощечину, и наши руки рассоединились.
— Но ты… ты же теперь намного сильнее.
— Это мои суставы и мышцы намного сильнее, потому что Имоджен заставляет меня тягать жуткий вес, но это еще… не исправляет меня.
Мира побелела:
— Нет. Я же не в этом смысле, Ви. В тебе ничего и не надо исправлять. Я просто не знала, что ты не держишься в седле. Почему ты не сказала?
— Потому что ты тут ничем помочь не можешь, — я сухо улыбнулась. — Никто не может изменить то, какая я есть.
Между нами растянулась долгая неловкая пауза. Как бы мы ни были близки, очень во многом мы не были похожи.
— Она уже справляется лучше, — нарушил молчание Ксейден спокойным и ровным голосом. — Первые недели были… катастрофически ужасными.
— Эй, он ловил меня раньше, чем я падала на землю, — возразила я.
— Едва успевал, — проворчал Ксейден и повернулся к Мире. — Можешь мне не доверять…
— Хорошо, а то я и не собиралась, — перебила она. — Столько сил в руках человека с твоей историей — уже плохо, но то, что ваши драконы неразрывно связаны и ты не можешь отпустить Вайолет даже на три дня, неприемлемо со всех сторон, поэтому я только… — тут она застыла, уставившись в пустоту невидящим взглядом.
«Сюда направляется стая грифонов» ! — проревел Тэйрн.
— Проклятье! Чары пали, — пробормотала Мира, видимо получив тот же сигнал тревоги от Тейна. Она схватила меня за плечо и привлекла к себе, обнимая. — Тебе пора.
— Мы можем помочь! — возразила я, но она держала так крепко, что я не могла пошевелиться.
— Не можете. А если Тэйрн будет удерживать тебя на себе своей силой, то и он бесполезен. Вам надо уходить. Убираться. Если любишь меня, Вайолет, ты уйдешь, чтобы я о тебе не волновалась, — она отпустила меня, взглянув на Ксейдена, а весь наш отряд высыпал из двери выше по лестнице и загромыхал по ступеням. — Уведи ее отсюда.
— Уходим! — крикнул Даин. — Сейчас!
— Даже если ты мне не доверяешь, я лучшее оружие в твоем распоряжении, — рявкнул Ксейден.
— Если ты говоришь правду, ты ее лучшее оружие. Скоро здесь будет вторая половина отряда, а Тейн считает, у нас где-то двадцать минут до прилета грифонов. — Глаза Миры встретились с моими. — Ты должна быть в безопасности, Вайолет. Я тебя люблю. Не умирай. Не хочу быть единственным ребенком.
В этот раз не было уверенной улыбки, с которой она оставила меня в Басгиате в день Призыва.