Боги, как же я хотела, чтобы он меня коснулся, чтобы стер с кожи мерзость этого дня, помог почувствовать хоть что-то, что угодно, кроме нарастающего стыда.
— Вы тоже не хотели сюда попасть, — я подчеркнуто посмотрела на метку на его шее. — Но справляетесь неплохо.
Он посмотрел на меня — по-настоящемупосмотрел , — и возникло ощущение, будто он увидел слишком много.
— Многие из нас сожгли бы это место дотла, если бы могли, но все меченыехотят сюда попасть, потому что это единственный путь к выживанию. У тебя все по-другому. Ты мечтала о спокойной жизни с книгами и фактами. Ты хотела писать о битвах, а не участвовать в них. С тобой все нормально. Ты имеешь право злиться, что сегодня тебе пришлось убить человека. Ты имеешь право злиться, что этот человек хотел убить твоего друга. В этих стенах ты имеешь право чувствовать что угодно.
Теперь он был так близко, что я чувствовала жар его тела сквозь тонкую ткань сорочки.
— Но не вне. — Это был не вопрос.
— Мы всадники, — ответил он, будто это все объясняло. Он взял мои руки и приложил к своей груди. — И если тебе надо что-то выплеснуть, то вперед. Хочешь кричать? Кричи на меня. Хочешь что-нибудь ударить? Бей меня. Я выдержу.
Бить его мне хотелось в последнюю очередь, и я уже устала сопротивляться.
— Давай, — прошептал он. — Покажи, на что способна.
Я встала на цыпочки и поцеловала его.
Глава 30 Кадетам не запрещается, но, ради эффективности отряда, настоятельно не рекомендуется иметь романтические привязанности во время обучения в квадранте. Кодекс всадника драконов, статья 5, раздел 7
Он весь застыл на миг, два, затем невозможно быстро развернул нас, припечатав меня к двери, и та содрогнулась от удара.Ого . Схватил мои запястья одной рукой и взял в плен над головой.
— Вайолет, — простонал Ксейден у моих губ. Мольба в его голосе переполнила мои вены совсем другой энергией. Знание, что наше влечение задевает его не меньше меня, ударило в голову. — Ты этого не хочешь.
— Только этого я и хочу, — возразила я. Я хотела заменить гнев похотью, смерть — ускоряющим пульс желанием собственного естества, и я знала, что он мог дать мне и это, и намного больше. — Ты сказал, я имею право на все, что мне нужно.
Я выгнула спину, касаясь его груди своей.
Его дыхание изменилось, в его глазах шла война, в которой я намеревалась победить.
Хватит уже плясать вокруг этого невыносимого напряжения — пора с ним покончить.
Он наклонился, его губы застыли в каком-то дюйме от моих.
— А я повторяю, что я — последнее, что тебе нужно.
Едва сдерживаемый рокот его голоса вибрировал в груди — и все нервные окончания в моем теле до единого вспыхнули и возопили от необоримой жажды жизни. Почувствовать биение его сердца. Прикоснуться.