Две недели — столько времени у меня было, чтобы подготовиться к началу испытаний. И никто не знал территорию Басгиата так хорошо, как я. Все в дневнике.
Улыбка медленно расползлась по моему лицу. Теперь я знала, как выжить.
Глава 7 В интересах сохранения мира в Наварре, не более трех курсантов, носящих метки восстания, могут быть назначены в любой отряд любого квадранта. Кодекс Военной академии Басгиат. Приложение 5.2 В дополнение к прошлогодним изменениям, сбор имеющих метки в группы по три и более человек теперь рассматривается как акт заговора и, таким образом, является преступлением, заслуживающим смертной казни. Кодекс Военной академии Басгиат. Приложение 5.3
— Проклятье, — пробормотала я, ударившись большим пальцем ноги о камень, и споткнулась.
Мой путь пролегал по высокой, доходившей до пояса траве, которая росла вдоль реки под цитаделью.
Красивая полная луна освещала дорогу. Удобно, но именно из-за нее я до смерти вспотела в плаще, который надела на случай встречи с кем-то, кто так же решит прогуляться здесь после комендантского часа.
Река Якобос несла свои воды с горных вершин. В это время года ее течение было быстрым и смертоносным, речной поток срывался с крутого обрыва вниз, в ущелье. Вчера один из кадетов первого курса упал туда во время отбоя и погиб, что неудивительно. Наш отряд единственный не понес потерь со времен парапета, но в безжалостных условиях нашей академии такая ситуация вряд ли сохранялась бы долго.
Поправив тяжелую сумку, перекинутую через перевязь, я приблизилась к реке, протекавшей вдоль древней дубравы. Там росла лоза, на которой уже скоро должны были созреть ягоды фонили. Спелые фиолетовые ягоды были терпкими и малосъедобными, но, если сорвать их незрелыми и высушить, они могут стать отличным оружием в растущем арсенале, который я успела подготовить за девять ночных вылазок. Именно для этого я взяла с собой книгу о ядах.
Вызовы начинались на следующей неделе, и мне были нужны все возможные преимущества.
Увидев валун, который последние пять лет я использовала в качестве ориентира, стала считать деревья на берегу реки — один, два, три, пока не заприметила нужный мне дуб. Его ветви раскинулись широко и высоко, некоторые даже дотягивались до реки. К счастью для меня, на самую нижнюю ветку можно было легко забраться, тем более что трава под ней была подозрительно притоптана.
Мое плечо пронзила боль, когда я высвободила правую руку из перевязи и полезла на дерево, освещенное луной. Однако острая вспышка быстро сменилась противным нытьем, как это бывало каждый вечер, когда Рианнон надирала мне задницу на матах. Я надеялась, что завтра Нолон навсегда избавит меня от надоевшей повязки.