— Кем? — спросила Имоджен.

— Вэйнителями, — ответил Лиам.

Внутри меня все упало. Нет, просто рухнуло.

— Точно? — спросил Ксейден.

Лиам кивнул.

— Я не видел их раньше, но я уверен. Четверо. Пурпурные балахоны. Багровые вены в ярко-красных глазах и на коже. Жуткие, блин.

— Похоже на правду. — Ксейден переместил вес с одной ноги на другую.

— Мне больше нравилось просто возить оружие, — пробормотал Боди.

— О, и еще один с охренительным посохом. — продолжал Лиам. — И клянусь вам Данном, только что равнина была пуста — и вдруг… вот они тут, идут такие к воротам.

Его глаза округлились, зрачки расширились — он пользовался своим дальним зрением для обзора долины.

— Багровые вены? — переспросила Имоджен.

— Потому что магия оскверняет их кровь и лишает души, — пробормотала я, глядя на Ксейдена и гадая, помнит ли он, что сказала Андарна в ночь, когда мы шли по туннелю на летное поле. — Природа любит равновесие.

Все головы, кроме головы Лиама, повернулись ко мне.

— По крайней мере, если сказки говорят правду.

Какая-то частичка во мне еще надеялась, что нет — или что я ни хрена не знаю о враге внизу. Но если это правда…

«Рядом с нами приземлились семь грифонов» , — объявил мне Тэйрн.

Все напряглись, наверняка получив те же послания от своих драконов.

«Андарна, оставайся с Тэйрном», — сказала я.

Пусть Ксейден доверяет летунам, но Андарна почти беззащитна.

«Ладно» , — отозвалась она.

— Этот самый с посохом сейчас… — начал Лиам.

Прогремел взрыв, громко прокатившись по пустынной долине, за ним поднялся клуб синего дыма. У меня подскочило сердце.

— Это были ворота, — договорил Лиам.

— Сколько человек живет в Рессоне? — спросил Боди.

— Больше трехсот, — ответила Имоджен, когда по долине раскатился новый взрыв. — На этом посту ведут торговлю раз в год.

— Тогда спускаемся. — Боди развернулся, но Ксейден встал перед ним, загородив дорогу с поднятой рукой. — Ты что, прикалываешься?

— Мы понятия не имеем, что нас ждет.

Его голос напомнил мне тот первый день после парапета. Полноценный командный режим.

— И что, нам просто стоять, пока там гибнут гражданские? — спросил Боди, и я напряглась.

Как и все мы, глядя на Ксейдена.

— Я сказал не это. — Он покачал головой. Перед ним стоял выбор. Так говорилось в послании. Он мог оставить либо деревню, либо свой пост, теперь ждавший его в Эльтувале. — Это вам не хреновы маневры, Боди. Кто-то из нас, если не все, погибнет, если мы спустимся. Если бы нас прислали к действующему крылу, это решение принимали бы не мы, а старшие и куда более опытные командиры. Но их нет. Не будь мы помечены бунтарскими метками, не помогай мы врагу… — он коротко глянул на меня, — нам бы даже не пришлось делать этот выбор. Теперь в топку всю субординацию: я хочу знать, что вы думаете?