Миномёты кое-как развернули. И да, все они оказались восьмидесяти двухмиллиметровые, кроме двух сто двадцаток. Да уж, ничего не скажешь: «ударная мощь»! Толком стрелять никто из людей племени кунама, разумеется, не умел. Ну, …ять! Вот вообще никто! Хотя, разве это могло меня удивить? Абсолютно нет! И я принялся за работу, параллельно совмещая её с обучением своих подчиненных.

Через четыре часа с великим трудом удалось развернуть все пять миномётных батарей. Сейчас рядом со мной находились три батареи и чуть подальше ещё две. Да, нельзя их скучивать, но и мне туда-сюда бегать не резон, я же не лошадь?! Скорее осёл, что связался с ними. Впрочем, особого выбора у меня и не было. А ведь этот ползучий гад вещал: всё будет пучком торчать! Ладно, поживём — увидим.

Бой то утихал, то снова разгорался, становясь ещё сильнее. Нас атаковали уже с трёх сторон. Приложив к глазам бинокль, я пытался отслеживать передвижения противника, чьё расположение находилось поблизости. Но куда там! В этой кутерьме сам чёрт не разберёт: где эфиопы, а где повстанцы.

Эх, помчали! Сто двадцатки позволяли отправлять мины почти на шесть километров, но их у меня было всего две штуки, а не двадцать, как хотелось бы. Восьмидесятки кидали мины на четыре километра, и поэтому мои батареи не могли стать серьёзной силой. Хотя миномёты гораздо проще любого артиллерийского орудия, а вот «личный» состав подвёл. И поэтому я сам бегал по очереди ко всем миномётам и показывал, как правильно из них стрелять. Заодно и угол прицела выставлял.

Особо глупых пришлось пару раз приложить прикладом автомата по черепу. Благо на пустых башках касок не имелось, и мозги им вправляло знатно. Из-за их тупости я провозился очень долго, одного даже чуть не пристрелил в праведном гневе. Я уже не орал, а хрипел или сипел от переизбытка эмоций. Больше всего, я думаю, мой сдавленный хрип напоминал шипение змеи. И, вероятно, именно это заставило моих новоявленных артиллеристов начать «втыкать». Ну, не мытьём, так катаньем!

И вот первые мины полетели в наступающих повстанцев. Загремели разрывы, подняв небольшие султаны огня и земли. Но их было так мало, что они практически никак не повлияли на ход сражения. Да и большинство мин летели мимо. Это, видимо и сказалось на том, что наши позиции не стали для артиллерии повстанцев приоритетными. Перед ними стояли другие цели.

Генерал как раз бросил вперёд танковую роту. И вскоре на поле боя запылали три танка. У повстанцев оказались в наличии и миномёты, и лёгкие горные орудия, и даже РГД-7! В расположении эфиопов тоже поднялись султаны взрывов. Грохот канонады усилился, перекрывая все посторонние звуки и заглушая приказы командиров.