Позволив крабу чуть удалиться от камня, я ударил, пронзив панцирь насквозь. Остриё палки уже заметно размочалилось, но тельца этих носителей специй хлипкие, за качество оружия можно не переживать.

Подтащив трепыхающуюся тушку, я снял добычу с неказистого оружия, вздохнул печально и пару раз стукнул бедолагу о камень. Да, крабов очень не люблю, но это не повод затягивать их страдания.

Теперь остаётся оторвать лапки и клешни. Сложу их в мешочек, а непригодную для употребления тушку брошу так, чтобы приманить новую добычу. Каннибализмом здешние крабы не брезгуют.

Но не успел приступить к разделке, как насторожился. В шуме прибоя проявились новые нотки, доселе неслыханные. Это для непосвящённых вода говорит на один голос, я же различаю в нём сотни оттенков. Дело тут не в навыках от ПОРЯДКА, просто много времени на Черноводке провёл, добывая ценную рыбу. Да, там, конечно, не море, всего лишь река, но разница не так уж велика, старые знания и здесь сгодятся.

Обернувшись, я едва не сверзился с валуна. В десятке метров на мель выбиралась образина, которой детей пугать не станешь, потому что в лучшем случае сделаешь их заиками, а это как-то непедагогично. Даже у меня, много чего повидавшего, сердце ёкнуло.

Какая-то несусветная помесь сколопендры, медведки, скорпиона и краба. Нет, скорее не краба, а паука. Причём ядовитого. Если забыть про клюмсов и подумать, крабы, в сущности — симпатичные создания. Даже в чём-то милые. Сейчас, глядя на то, что лезет из моря, я осознал, что напрасно относился к ним с предубеждением.

Тварь, похоже, не очень хорошо чувствовала себя на суше, хотя опорно-двигательный аппарат у неё весьма располагал к прогулкам по берегу. Возможно, обитает на приличной глубине, благо здесь до неё недалеко, и резкий перепад давления скверно сказался на вестибулярном аппарате. Но с каждой секундой движения становились всё увереннее и увереннее.

И вот уже направилась ко мне, перебирая десятком пар коротких и длинных ножек, и хищно вздымая сегментированный хвост, оканчивающийся острейшим жалом.

Я, конечно, не великий знаток биологии иных миров, однако уверен, что это никакой не краб-переросток. Даже скажу больше — это слишком необычное создание, чтобы обитать, где попало. Таким полагается водиться в своего рода «гетто» вроде Чащобы, где вечно не хватает серьёзных людей для полной зачистки местности от опасных созданий.

Гаддокус, разумеется — далеко не центр обитаемого мира. Скучная земля на западном побережье Северного моря. Сельское хозяйство здесь развито слабо по причине редкости плодородных почв, нет легкодоступных полезных ископаемых и богатых ценной древесиной промыслов. Возможно, дом мастера Тао — единственное обитаемое и относительно богатое место в радиусе дня пешего пути. Но даже так, это ещё не настолько серьёзная глушь, чтобы тут водились чудовища размером чуть ли не с племенного быка.