На дне нашего транспорта был встроен уже знакомый артефакт тишины поэтому мы могли не опасаться «греющего» уши извозчика, сидевшего совсем рядом на козлах. Тем более что наша беседа была явно не для посторонних ушей.

То ли Белоусов был уже в курсе деталей нашего с императором приватного разговора, то ли ему заранее дали указание, но он молча проводил меня из дворца в гостевой дом чтобы взять вещи и переодеться. По его совету я сменил торжественную одежду приюта на скромный, хорошей ткани, костюм — брюки, камзол и белоснежную рубашку. Там же он вручил мне конверт, запечатанный сургучом с оттиском гербовой печати — для ректора Академии. Выдал так же несколько защитных артефактов, кулон для срочной связи с ним и новое кольцо облика. Как он сказал — для походов в город и на всякий случай. Старое кольцо, я давя неиствовавшую жабу в груди отдал. Жалко конечно, но Столетов должен покоиться с миром. Про остальные артефакты Белоусов благополучно не «вспомнил». То есть мне давалось полное право использовать скрыт в свое удовольствие.

Новое кольцо надел, активировал чтобы покрутиться у зеркала и рассмотреть новую внешность. Ну… так себе внешность. Неприметный, темноволосый парень с неброской внешностью старше меня на три-пять лет.

Глаза карие, лицо европеоида, прямые волосы до плеч. В общем не красавец, но пойдет.

Так же Белоусов выдал мне перстни и официальные бумаги. Один с большим рубином — знак того что я состоял в отряде Наказущих. Второй, перстень ранга — алмаз и рубин по центру и один крошечный рубин с краю. Перстень, показывающий принадлежность к отряду, мне сказали спрятать и не светить им направо и налево, а ранга одеть и гордиться. Что я незамедлительно и сделал.

Быстро просмотрел бумаги — заключение о наличии у меня двух стихий за подписями уважаемых членов магистрата города Новоиста, паспорт о том, что я Демидов Алексей Владимирович и грамота на титул графа с выпуклыми артефактными печатями.

Солидно. Очень солидно. И когда только успели изготовить⁈ Хотя если мои подозрения по поводу шпионских артефактов верны, то времени было достаточно чтобы Святославу принять решения, а службам при нем — изготовить бумаги.

Кроме того, была бумага на личность Градова Алексея Владимировича, мещанина, уроженца города Приск. Зарегистрирован как житель столицы. Как я не рылся в памяти Демидова никак не находил этого города. Вероятно, маленький городишко на окраинах большой империи.

Белоусов стоял со скучающим видом пока я рассматривал бумаги. Дождавшись, когда я уберу их в сумку, молча вручил мне увесистый и позвякивающий кошель. О! Подъемные всегда приятны! Особенно если получаешь их на халяву.