Вспомнив прошлое, переварив настоящее, смерившись с будущим, я засыпаю. Видно, растратив на поджёг энергию и измотав себя муками совести, просыпаюсь я лишь утром следующего дня. С радостью замечаю белые занавески в тонкую полоску, отполированные брёвна стен, забитых паклей, коричневую дерюжку на полу из крашенных досок, переживший эту ночь коренастый шкаф и колченогий табурет рядом. Всё в целости и сохранности. До чего же мало нужно для счастья.
Переодевшись в очередное платье, что досталось мне от прислуги, спускаюсь вниз, прислушиваясь к шуму дома. Со двора слышен гомон рабочих, лай собак, кудахтанье куриц, а из столовой доносится только напряжённый скрип столовых приборов о посуду и гнетущее молчание собравшихся за столом.
Мисти, Седорик и Ториан молча жуют, уставившись каждый в свою тарелку. Мой приход, как будто, остаётся незамеченным. Лишь Гелия, бесшумно проскользнув, ставит передо мной яичницу и стакан с горячим отваром, похожим на плохого качества цикорий.
— Благословение Валиса этому дому, — присаживаюсь на стул, лишний раз удивляясь неприспособленности здесь к уюту и удобству. Неужели нельзя бросить на жёсткие сиденья мягкие подушки из пера.
— Как себя чувствуешь? — отрывает от еды своё внимание Седорик, поднимая голову.
— Выспалась, дядюшка, — улыбаюсь ему и с озверевшим аппетитом набрасываюсь на яйца, параллельно цепляя на вилку порезанное мясо птицы.
— Ночь прошла спокойно? — интересуется Льдышечка, исподлобья глядя на меня.
— Ну, раз пожарников не пришлось вызывать, то без эксцессов, — киваю и, только ляпнув обыденное в моём мире, незаметно напрягаюсь.
— Пожарников? — удивлённо взмывают к линии роста волос брови Ториана. — Это что за зверь такой неизвестный?
Глава 15
— Судя по тому, что лес не сгорел полностью, — спешно шевелю шестерёнками, придумывая убедительный ответ, — пожарником можно считать вас, Ториан. Охота — охотник. Пожар — пожарник, — глупо хлопаю глазами, объясняя женскую логику.
— Потоп — потопник. Куры — курник. Навоз — навозник. Не за столом будет сказано, — продолжает последовательно Льдышечка, осматривая меня с какой-то жалость, что я сама себе кажусь недалёкой и болезной на голову. — Столько всего нового можно придумать, наделяя по делам.
Улыбаюсь, спрятавшись за кружку с питьём. Не говорить же ему, что есть такой жук навозник. Что пирог с курицей и грибами называется курником, а утонувших называют утопленниками.
— В детстве мы с братом часто придумывала необычные слова, — ставлю на стол стакан и непринуждённо отрезаю кусочек яичницы. — Суровыми зимами особо нечем себя занять, а словесные игры помогали скрасить досуг. Иногда, выходили очень смешные варианты.