Ей можно было и не оглядываться, она прекрасно знала, кто следует за ней, но Амрит обернулась.

– Зачем ты пошел за мной? – спросила она холодно и резко. – Разве у тебя нет дел, которые больше достойны твоего внимания, чем я?

– Амрит, я виноват перед тобой... – проговорил с горечью мужчина, – сможешь ли ты меня когда-нибудь простить?

– Дело не в этом, Савр. Дело в том, захочешь ли ты делить со мной всю свою жизнь целиком? Такую жизнь, как она есть, без прикрас, без лжи и замалчивания...

– Амрит, – он подошел к волчице вплотную, – мне нет жизни без тебя! И если я не буду делить ее с тобой, то мне она не нужна вовсе! – он заглянул в любимые глаза с надеждой и каплей страха. – А что если это прошлое встанет между нами непреодолимой стеной? Что если я не выдержу твоего осуждения?

– Савр! – воскликнула та. – Я жена твоя, а не судья! Я не собираюсь осуждать тебя за прошлые поступки и не собираюсь быть голосом твоей совести. И я не представляю, что такого ужасного ты мог сделать, чтобы быть отвергнутым мною. Тем более что Радон с такой любовью и верностью искал тебя. А если тебя любят подданные, то как я могу пасть до презрения или осуждения?

– Амрит! – беркут еле сдерживал слезы волнения. Он обхватил ее и крепко прижал к себе. – Амрит, прости... Я знаю, что сделал тебе больно. Я не хотел этого, прости... Я не сомневаюсь в твоей искренности и твоей любви...

Волчица всем телом прижалась к мужу, нежно поглаживая его по спине. Какое-то время они стояли молча, просто наслаждаясь объятиями друг друга.

– Ты можешь ничего не рассказывать, если не хочешь, – наконец проговорила Амрит чуть слышно.

– Я не хочу, чтобы ты услышала это от кого-то другого... – ответил Савр, взглянув ей в лицо. – Идем, я расскажу тебе все...

Взяв супругу за руку, он повлек ее обратно в лагерь.

– Я был единственным ребенком и наследником у своих родителей, – начал беркут свой рассказ. Раздвигая ветки, он осторожно ступал сквозь чащу, крепко держа в своей ладони ладонь Амрит. – И как любой царский отпрыск был изнежен, любим и обласкан судьбой. Страна моя в те годы жила размеренной мирной жизнью, уважая соседей и ревностно храня собственные границы. Но однажды появился в наших местах темный маг. Колдун по имени Заирий. Как он втерся в доверие к родителям и как стал их первым советником, ума не приложу. Наверняка колдовством своим воспользовался... – Савр глубоко вздохнул, тряхнул головой, словно пытаясь сбросить тяжесть воспоминаний, и продолжил. – ...Под его давлением положил отец начало войны. Жестокой, беспощадной и совершенно бессмысленной... И сам погиб на поле сражения... а мама, не прошло и месяца, от тоски умерла... Меня короновали, когда мне было шестнадцать. Всем сердцем я мечтал остановить кровопролитную бойню. Но Заирий не давал мне и шага ступить. Все было у него под контролем: высокие царские чиновники, военачальники и даже царская охрана ему подчинялась. Я не мог тягаться с ним. Желторотый юнец против матерого хищника – вот кто я был перед ним...