— Что, пробирает? Старина Джереми умеет устроить всё как надо! Нейродиджеи, во как! Зовёт по-настоящему крутых, которые на закрытых рейвах для риччи публику греют!

Короткий коридор, полный разноцветного дыма, из которого выплывали силуэты гостей заведения, неожиданно кончился.

Раз официантки, значит, зал, столики, думала Мэри и поначалу недоуменно осматривалась.

На маленькой сцене томно извивались две совершенно голые девушки, одна высокая, грудастая, вторая похожая на подростка. Даже без туфель на каблуках, как на экранах. От этого она казалась ещё миниатюрнее, а её нагота — ещё притягательней.

Вокруг сцены стояло несколько столиков, за которыми сидели мужчины.

Нет, была одна парочка, а за одним из столиков в одиночестве сидела коротко стриженная женщина с жестоким неестественно гладким лицом.

Подтяжки делала, подумала с неприязнью Мэри-Маша.

Вдоль одной из стен изгибались диванчики с низкими столиками перед ними, справа зал был поделен на небольшие кабинки.

— Это кабинеты, там приват. Там настоящие деньги для настоящих сеньорит, которые умеют ладить с мужчинами. Ты же умеешь ладить с мужчинами? — рука Зеркального лежала у неё на бедре.

Он увидел кого-то в глубине зала, приветственно поднял руку.

— Идём! Сейчас ты познакомишься со стариной Джереми!

Джереми оказался мертвенно бледным типом с очень красными губами. Маше даже показалось, накрашенными. Спрашивать, конечно, она не стала.

Внутри у неё поднимались непривычные пузырьки какого-то тёмного веселья, рискового желания запретного… Она мимолётно подумала, что за штуку дал ей Зеркальный, но и эта мысль ушла. Надо было очень внимательно слушать Джереми. Это было важно.

Зеркальный сказал.

Джереми осмотрел её, взяв за подбородок, покрутил голову, сказал открыть рот.

Потом, приподнял футболку.

Маше стало неловко, и футболка, и бельё были старыми, застиранными.

— Годится. Беру, — Джереми смотрел на Зеркального.

Тот кивнул, отвёл руку, растопырив ладонь. Хлопнулись ладонями, Зеркальный приобнял Машу:

— Слушай старину Джереми, держись меня, и всё будет как надо, чикита. Ты знаешь где меня найти.

И — исчез.

Маше стало немного страшно, но пузырьки веселья, забивавшие всё остальное, ещё плясали в её голове, от них всё ещё сладко ныло в паху.

— Делаешь что говорят. За приват — доплата. Нал отдаешь весь. Потом тебе отслюнявит старшая. Карта для пополнения есть?

У неё была, но ограниченная — баззи. Она так и сказала.

— Значит, буду твоему коту отдавать, сами там решите.

Кот — это Зеркальный же, сообразила она.

Хорошо. Лучше, конечно, чтобы Сатик получал.