На моих губах появляется ласковая улыбка. В этом весь Сауд. Жестокий, суровый мужчина, который ради своих любимых людей перевернет целый мир.
– Я очень ценю твою заботу, – заверяю брата. – А еще хочу сказать, что с Давудом у нас ничего не выйдет.
– Он обидел тебя? – тут же занимает защитную позицию мой брат.
– Нет, – спешу заверить его. – Но он просто мне не подходит.
– Аиша, если есть что-то, что я должен знать…
– Нет, брат, я сказала тебе, как есть. Никаких подводных камней.
Наконец Сауд прекращают допрос, и мы переходим к обсуждению их отдыха. С одной стороны, мне бы хотелось сейчас быть рядом с моими близкими. А с другой, я рада этому тайм-ауту. Для меня это роскошная возможность побыть наедине со своими мыслями и определиться, чего я на самом деле хочу. А еще хоть немного отдохнуть от круглосуточного надзора брата. Несмотря на то, что между нами небольшая разница в возрасте, я всегда чувствую себя так, будто Сауд лет на пятнадцать старше.
Следующие два дня я стараюсь бывать дома как можно меньше. Провожу время на конюшне брата, езжу на ипподром, в торговый центр и, конечно, на конную прогулку в пустыне. Телефон включаю только вечером, чтобы написать брату, что со мной все в порядке.
Я вижу сообщения от Давуда. Но не открываю ни одно из них. Если его жена погибла, скорее всего такой мужчина, как Давуд, уже не раз пытался устроить свою личную жизнь. А учитывая, насколько умелый он любовник, наверняка и женщин у него немало. И на моей террасе он разговаривал с одной из них.
Просто мне не подходит формат свободных отношений. Я вообще не знаю, какой формат мне подходит. Я как будто пробую воду в бассейне кончиками пальцев, пытаясь понять, хочу ли окунуться с головой. Не у каждого мужчины хватит терпения, чтобы медленно вести меня по этому пути.
А еще я не хочу становиться обузой. Не знаю, смогу ли гармонично развивать отношения. Или, может, в какой-то момент моя психика даст сбой, и я отреагирую совершенно неадекватно. И если я боюсь сама себя, что говорить о мужчине, как ему строить со мной отношения? Мне кажется, в такой ситуации мужчина должен очень сильно любить женщину, чтобы справиться с ее эмоциональной нестабильностью. А в нашей с Давудом ситуации еще очень рано говорить о каких-то чувствах. Даже если он убеждает себя в их наличии.
На третий день я решаю проводить солнце в пустыне. Прошу прислугу организовать шатер с ужином, но перед этим решаю прокатиться на лошади по дюнам.
Выехав из конюшни, пускаю Бархана галопом. Рука все еще немного саднит после травмы, но я уже увереннее держу поводья и управляю своим конем. Он несет меня по пустыне с бешеной скоростью. Я же не замечаю ничего вокруг, только пески. Сердцебиение усиливается, и мне кажется что песнь пустыни становится громче и тревожнее. Она грохочет у меня в ушах вместе с шумом крови, несущейся по венам.