Оглядываюсь: возможно, где-то на стене есть распятие, я просто его не заметил? Но его нет. Нет ни фотографий, ни постеров, ничего.

Как у меня.

На удивление мисс Петерсон реагирует нормально на вопрос. Не закатывает глаза, не прячется в скрытой позе за руками.

– Отвернитесь. – И крутит пальцем в воздухе, указывая мне на движения, которых она от меня сейчас ждет.

– Зачем? В чем сложность поговорить так?

И вот опять. Глаза закатываются, будто она попросила сделать совершенно обычную вещь в диалоге. Давно ли вас просили отвернуться, когда вы задавали вопрос?

– Как хотите.

Не успеваю ответить. Руки практикантки тянутся за ее спину, и я понимаю, что она только что расстегнула бюстгальтер. Когда она вообще успела его надеть? При разговоре на кухне я его не заметил. Быстро отворачиваюсь, всматриваюсь в сумерки за окном. По стеклу начинают скатываться мелкие капли, начался дождь. Не люблю такую погоду. Дождливая осень навевает неприятные воспоминания. Но мысли не задерживаются в голове.

Отражение. Темное отражение.

Темнота за окном показывает мне картину за моей спиной. И это именно картина. Практикантка совершает неясные движения, и бюстгальтер пролезает через рукавмоей футболки. Потом она будто нарочито медленно развязывает узел на талии. Она не отвечает на мой вопрос, но сейчас я не жду ответа. Я просто подглядываю как мальчишка. Узел поддался, тонкие пальцы хватаются за низ футболки, и она начинает поднимать ее. Хочу закрыть глаза, не хочу подсматривать…

Лгу сам себе.

Я не закрою глаза, не перестану смотреть, как оголяется вначале кожа на животе, появляется все больше и больше оголенной плоти. Руки поднимаются достаточно высоко и теперь скрывают лицо мисс Петерсон, но показывают грудь, невероятно привлекательную. С торчащими сосками, которые приподнимаются за движением. Ворот футболки освобождает лицо и прическу от карандаша, который удерживал волосы на затылке. Он падает на пол и, судя по звуку, начинает катиться по полу. А я стою. Не шевелясь. Смотрю на волосы, что спадают на плечи, закрывая выступающие ключицы, почти доставая до ореолов груди, но длины не хватает, чтобы спрятать их от меня. София перебрасывает волосы через одно плечо, теперь могу наслаждаться линией тонкой шеи, она будто специально показывает мне. Словно знает, что именно я люблю. Тихий звук, словно щелчок заклепки или пуговицы. Пальцы практикантки находятся на линии юбки, и я понимаю, что следом за футболкой будет юбка…

Эрекция…

Просто от плавных движений ее рук, от волос, которые ласкают нежную кожу на шее. Просто так, на пустом месте, из-за немного мутного отражения стекла. Я держал всю ее в руках, я нес ее обнаженную, отмывал кровь с ее кожи, дотрагивался почти до каждого участка ее тела.