Я продолжил свое неторопливое патрулирование, заглядывая все дальше в боковые ответвления, стараясь запомнить планировку. Везде одна и та же картина: упорядоченный, эффективный, монотонный труд.
На перекрестках штолен или в небольших расширениях стояли примитивные пункты с бочками питьевой воды и элементарными аптечками в металлических ящиках. Время от времени мне навстречу попадались смотрители или помощники смотрителей — они, заметив мой новый шеврон, просто кивали мне, как новому коллеге, и продолжали свой путь, явно не проявляя особого рвения к слежке или контролю. Их поведение было скорее рутинным, будничным.
Чем больше я видел, тем больше удивлялся. Ну не верил я, что на рядовом руднике в отдаленных Руинах, крепко-накрепко повязанных с «Оком Шести» все может быть настолько хорошо. Это было что-то из области фантастики: честно оплачиваемый, поддерживаемый и не угнетаемый труд там, где не было ни причин, ни ограничений НЕ прибегать к жесткой эксплуатации.
Либо в этом руднике было что-то такое потаенное, что я не видел, либо сам этот рудник был прикрытием. Пока я видел лишь фасад. Идеальный, отполированный. Но я понимал, что за ним скрывалось нечто, что не хотели показывать случайному смотрителю.
Мне нужно было просто найти потайную дверь в это закулисье. А для этого требовалось вписаться в систему, заслужить чуть больше доверия, чем у новичка. Или найти способ, как это доверие вырвать и присвоить себе.
Сделав последний, широкий круг по тоннелю, я развернулся и направился обратно к жилой зоне. Первый день на руднике не принес ответов, но обозначил задачу: образцово-показательный, эффективный рудник явно был ложью, театром и моей первой задачей было найти, где начинаются кулисы.
Глава 17
Рабочие дни слились в одну длинную, однообразную, монотонную полосу, лишенную даже намека на события или перемены. Смена начиналась ровно в шесть утра резким, пронзительным звонком общего сигнала, после которого все смотрители собирались в караульном помещении.
Дакен, все так же неестественно бодрый, с той же застывшей на лице улыбкой, зачитывал планы на день по скомканному листку и раздавал участки для патрулирования, тыча пальцем в схему рудника, висевшую на стене.
Мне обычно доставался сектор «Дельта» — группа из пятидесяти боковых штолен в восточном, самом дальнем крыле рудника.
Я приходил туда, включал «Прогулки» и начинал свой размеренный облет. И каждый раз, день за днем, видел одно и то же: шахтеры в своих потертых комбинезонах методично, почти механически долбили породу, сменяя друг друга у забоя по негласному графику.