— Может, такая тебя устроит?

— Ты играешь с огнём, — прорычал богатырь, стискивая пальцы ещё крепче.

Кикимора захрипела и вновь вцепилась в его руку, возвращаясь в свою истинную форму.

— Ладно-ладно! Больше не буду! Хватит!

— Теперь расскажи, что знаешь об этом месте.

— Отпусти, тогда расскажу!

— Такие, как ты, только и делают, что врут, — ответил Мирослав, — Это часть вашей природы. Стоит мне тебя отпустить, как ты попытаешься вытворить что-то ещё.

— Ха! Делает вид, будто хоть раз настоящую кикимору встречал! Я, может, и застряла тут давным-давно, но знаю, на что вынуждено идти навьё, чтобы выжить. Или, думаешь, необходимость облекаться в смертную плоть на веки вечные не меняет нас?

— Встречал и не одну. Ещё до того, как вся эта беда приключилась.

— Да, конечно! Так я тебе и поверила! — хрипло рассмеялась кикимора.

— Ты до сих пор жива только потому, что мне отлично известно, что такие, как ты, обычно не убивают людей, — ответил богатырь, — И то, что ты шмыгнешь восстанавливаться в Навь, стоит мне тебе свернуть шею. Здесь плотность лёгкой живы достаточна для этого.

— Тогда почему думаешь, что сможешь меня запугать смертью? Мне, может, и будет больно и неприятно, но умрёт лишь это тело!

— Потому что там ты останешься совсем одна. Неспособная взаимодействовать с материальным миром даже в мелочах. Нынешняя Навь эфемерная, серая и почти пустая. Я бы не хотел просидеть там… — Мирослав быстро прикинул все факторы и подсчитал приблизительный срок восстановления сил нежити, — Не меньше полусотни лет.

Кикимора поникла.

— Ладно. Что ты хочешь знать?

— Лучше всего было бы понять, как отсюда выбраться, но это тебе не ведомо, — сказал богатырь, — Так что просто расскажи, что успела понять, пока жила здесь.

— Ну шею-то отпусти, коли уж понимаешь, что я никуда не денусь, — проворчала кикимора.

«Учитывая, что мы пришли к взаимопониманию, думаю всё же можно.»

— Обещаешь не дурить?

— Так ведь мы всё время врём! — ядовито процедила нежить.

Мирослав сурово нахмурился.

— Ладно, обещаю вести себя хорошо.

Богатырь разжал пальцы, после чего быстро лопнул пузырь и подхватил Любомиру. Он выбрался из воды и уложил её у костра, в который заодно подкинул дровишек. Хотел было вернуться за Пылинкой, но Гиа сам подхватил её и перенёс поближе, а после занял привычное место на его плече.

— Скоро твои чары пройдут?

— Через часик, — ответила кикимора, присаживаясь у костра.

— Хорошо. Пусть отдохнёт, — кивнул Мирослав, садясь напротив, — Итак. Выкладывай, что успела выяснить про это место.

— Я так-то пещерная и раньше жила в верхних слоях этих гор, как и многие из нас. Поэтому в глубины полезла только, когда совсем невмоготу стало, когда жива иссякать начала. Но не хотела стать такой, как другие. Мерзко это запирать себя в оковы плоти.