«Как странно. Словно бы в глубинах есть свой источник лёгкой живы. Но если бы он был один, концентрация бы отличалась, здесь же, хотя мы идём под углом, скачков нет. Словно мы погружаемся в море…»
Тем временем под конец дня они вышли на открытое пространство, где по плану собирались разбить лагерь. Большая пещера со следами шахтёрских работ казалась пустующей, но богатырь заметил странности. Стёртая пыль, смазанные следы.
— Странно. Этот маршрут закрыт с тех самых пор… — пробормотал Тихослов, — Люб…
— Тридцать один мракошмыг, — сказала Любомира ещё до того, как товарищ успел что-то спросить, она повела рукой описывая полукруг, — Пять здесь, десять тут, тринадцать здесь, четверо на потолке. Они какие-то странные…
— Всем приготовиться! — скомандовала Златоуста, — Сейчас нападут!
Глава 20 Первые трудности
Мирослав призвал парные клинки, представляющие из себя два увесистых секача с обратным изгибом, чем-то напоминающим коготь, связанные с техникой «Сумеречного Филина». Гиа тут же взмыл в воздух, чтобы не мешать двигаться и давать дополнительную перспективу на окружение. Богатырь сделал глубокий вдох, меняя стойку и мысленно настраиваясь на нужный лад. Само вложенное в оружие умение подразумевало цикличность атаки, когда клинки накопили энергию, а также защиты, когда это накопление происходило. «День» и «ночь» — отражающая суть самой боевой техники, полагающейся на редкие, но выверенные и мощные удары, наносимые в подходящий момент. Вскоре клинки мягко загудели, давая понять, что они наполнились силой для атаки. Когда из сгустков теней вынырнули первые монстры — уродливые долговязые человекоподобные фигуры, Мирослав резко оттолкнулся от земли, активируя технику пляски. Подобно сове на охоте он спикировал на двух ближайших противников, снося одним ударом их головы, большая часть которых была занята зубастыми пастями. Не останавливаясь, он нанёс ещё несколько ударов по ближайшим врагам, прикончив ещё пятёрку, и обернулся, замерев в стойке, позволяющей в любой момент сделать новый рывок. Но напали не все монстры разом, так что целей для атаки уже не осталось. Клинки же вошли в цикл «дня».
Тем временем его спутники тоже успели расправиться с несколькими тварями, вынырнувшими из теней, хотя это явно потребовало у них больше усилий. Тела убитых мракошмыгов, лежащих рядом, в основном были изуродованы следами от ударов тяжёлого боевого молота, которым размахивала Златоуста. Но также встречались и те, которых раздавило камнем и другие, словно взорвавшиеся изнутри — это поработали Тихослав и Любомира. Хладоум расположился в центре их круга, прикрываясь тяжёлым котлом, словно щитом.