— Ты пока не торопись мстить, — вздохнул Бородин. — Пока вроде некому.

— Да пошли они все, — махнул рукой Вольф. — Секретоносители, твою мать! Мне вон Бабай весь мозг проел тем, что мы можем поднять урожаи процентов на семьдесят простыми средствами, а никому это и на фиг не нужно. Устроили такой бюрократический барьер, что ни один нормальный изобретатель не может преодолеть все заборы, что они тут понаставили. Думать надо живее, а не цепляться за старые привычки. Так все и просрём. Вон только один Госсовет чего стоит! Решалы, блин. Мост, что Саня наваял вместе с Бабаем, они две недели мусолили, когда им все выкладки преподнесли на блюдечке, — а там аж 24 члена без членов сидели, мусолили и подгадывали решение под Рождество. При этом все, блин, получают громадные деньги и при этом в мостостроении ни ухом ни рылом. Скажешь тоже — традиция! На эти деньги я тебе сотню инженеров найду, которые будут рвать и метать, придумают тебе и чёрта лысого, и ещё какую-нибудь муть. Им только дай субстрат — они тебе горы свернут, пока эти аристо заседают в своих дворянских собраниях, кичась поколениями предков, сами из себя ничего не представляющие. Гниль нации. Из всего этого кагала во Владике я смогу тебе назвать лишь пару фамилий, что достойно себя несут, — остальные просто мусор. А Максимилиан Николаевич всё боится, что новые технологии смогут быть обращены на военные нужды. А как он, блять, хотел? Конечно, всегда это и происходит. Но ты же канцлер самой сильной державы на планете — вот и держи всех в узде, поставь вешки, определи правила и потом следи. Или мне его поучить надо, как работать с народом? Жаль, дед умер — он бы его поучил Родину любить. Мудила.

Бородин не узнавал Влада. Тот словно извергал лаву — ему осточертели эти церемонии. Он пашет, рождает новые технологии, лечит людей, а его почти никто не слышит. Он знал, что Влад построил космический разведчик и слетал к Юпитеру и Сатурну, что у него никак не укладывалось в голове. Анюта ему всё рассказала и была в полном смятении. Открывались такие перспективы, что голова могла закружиться. А после опубликования снимков и материалов, полученных экспедицией, весь мир понял, что Россия вырвалась далеко вперёд. Это сулило войну, но тут же Александр предупредил всех, чтобы не рыпались и не гнали волну. Российская Империя показала зубы и рыкнула. И тут даже американцы вздрогнули.

Потом отчим и пасынок перешли к медицинским темам, оставив политику в покое. Там тоже было о чём поговорить. Тему рака, конечно, стали педалировать, а вот технологию удлинения теломеров пока оставили в секрете — каковых у них уже было, как блох на барбоске. Удлинение жизни — тема щепетильная. И просто так подавать её публике было пока опасно. Разве что — пока только власть имущим. Как её преподнести публике, пока было неясно. Как и её реакцию. Тут Влад полностью разделял мнение Бородина. А потом пришёл Кузьмич и всех разогнал спать. Нечего полуночничать, когда есть день-деньской. И ведь был прав.