Второе было грубым, мимолетным и ощущалось еще короче, чем мысль Бездны, но моя душа — или сознание, или что здесь от меня, если я бесплотен, — завибрировала, как если бы оказалась внутри звенящего колокола.

И сразу после меня грубо выдернули из великого ничто и вернули туда, где я погиб, — на дно океана, недалеко от построенного нагами храма, где полегли мои друзья. Еще немного, и воткнулся бы мордой в ступени белого мрамора, ведущие в храм…

Озарение было краткосрочным и радостным, как у старого нищего пьяницы, который вдруг нашел недопитую бутылку виски. В моем арсенале было еще кое-что, способное меня спасти. Сущая безделица, навык, казалось бы, бесполезный на фоне моих эпических перков, о котором я случайно вспомнил только сейчас.

Секунда ушла на адаптацию в мире смертных, а в следующую торжественный мысленный голос Глашатая провозгласил:

— Умрите и ждите Судного дня. — Опостылевший призыв дребезжащим набатом загремел в черепной коробке.

И снова тикВеяния Бездны фотонной решеткой прошелся по моему телу, но в этот раз я сам его ждал, чтобы сразу после уложиться в мгновение и прервать бой.

— Умрите и ждите…

Не дослушав призыв, я активировал подаренный бесом Гнеме’Иицом демонический навык.Мимикрия прекрасно сработала в Дисгардиуме, обратив меня в коралл. Вернее, в скелет колонии морских донных беспозвоночных — то есть коралловых полипов. Колония выросла возле колонны храма…

Я пока не очень большой, размером с человека. Так, кто такой человек? А храм? Мысли разбегались и терялись в распадающемся сознании, и я не пытался их сдерживать, напротив. Так было нужно.

Отсканировав себя, обрадовался: в моей колонии все еще были живые полипы, и часть сознания немедленно переключилась на их заботы… нет, даже не так, никакого сознания, никакого разума, лишь обрывки чьих-то воспоминаний.

Что-то огромное, зависшее над колонией, начало приближаться. Из чужих воспоминаний наша колония знала, что огромное — опасно, что от неговеет чем-то злым и смертоносным. Это огромное и опасное убивало все живое, но целенаправленно охотилось только на разумное.

Сейчас вся колония чувствовала его внимание. Каждый полип, каждый скелетик был изучен и признан не стоящим внимания. Огромное и опасное неподвижно замерло и, казалось, уснуло.

Я осторожно собрал свои мысли в кучу, готовый в любой момент прикинуться ветошью, но Глашатай Бездны — огромный и опасный — не отреагировал на проблеск разума. Он завис в толще воды. Интересно, как работает его система распознавания цели? Уж точно полагаясь не только на визуальное наблюдение. Как я и предполагал, скрипт системы наведения, прописанный Бездной в поведение ранее бездумной твари, срабатывал на обнаружение разума в радиусе, в котором действует аура Глашатая. А кораллы, как всем известно, — это божьи создания, совсем не имеющие разума.