- Фу, не! – махнула перед своим лицом ладонью.

- Я воняю?

- Пытаюсь смахнуть картинку хомяка с бананом.

Матвей на секунду нахмурился, не понимая, о чём я. А затем тихо прыснул в кулак, поняв.

- Пошли, джунгарик. Мама ждёт, - он протянул мне открытую ладонь, ожидая, когда я вложу в

неё свою кисть.

Поколебавшись, я, таки, сделала это, почувствовав тепло его сухой и немного грубой ладони.

- Спорим, она сейчас разнесёт в пух и прах мои пирожки и суп?

- Я в этом даже не сомневаюсь, - хмыкнул Матвей.

Мы с Матвеем вошли в кухню, где Валентина Александровна инспектировала холодильник.

- Мам, что за обыск? – Матвей сел за стол и, приподняв салфетку, под которой в большой

чашке лежали пирожки, взял один из них. Начал с аппетитом есть.

Я спохватилась, вспомнив о том, что он только что пришёл со службы и наверняка голодный.

Включила плиту, чтобы разогреть суп, и включила чайник. Пока я доставала для всех нас

кружки, Валентина Александровна двумя пальцами убрала с чаши салфетку и с выражением лица,

полным призрения, стала разглядывать мои пирожки.

Матвей усмехнулся, подмигнул мне с намёком «я же говорил» и продолжил есть.

Его мама тем временем взяла один из пирожков, покрутила его на свету и… постучала им о край

стола.

- Они же каменные, Матвей. Как ты можешь это есть?

- Мне нравится. Вкусные, - с завидным спокойствием ответил сыночка.

- Хотите, я вам их прожую? – любезно предложила я. – Обещаю, без комочков.

Валентина Александровна впилась в меня возмущенным взглядом и тут же обратилась к Матвею:

- Ты где её нашёл? В тюрьме какой-то? Она район крышевала? Что у неё за поведение?

- Оу! Спасибо, что вы так верите в меня, и думаете, что я могу крышевать район.

- Мама, ты же первая начала на неё нападать, - казалось, ничто в этом мире не сможет

отвлечь Матвея от пирожков. – Плюша, и ты давай помягче, пожалуйста.

Он посмотрел на меня с просьбой в темных глазах.

- Только ради тебя, Матюша, - я отправила ему воздушный поцелуйчик, на что этот стервец

только хохотнул. Я вновь обратилась к его маме. – Валентина Александровна, хотите суп,

который вам не понравится?

- Ну, не голодной же мне у вас ночевать оставаться? – фыркнула она нервно и отошла к

раковине, где начала мыть руки.

Мы с Матвеем тем временем переглянулись. Я преимущественно пилила его взглядом, а он просто

недоумевал вместе со мной.

- С какой ночевкой, мам? Дома что-то произошло? – поинтересовался он ненавязчиво, когда

Валентина Александровна, помыв руки, села за стол. – С каких пор ты у меня ночуешь?

- А что? – сама невозмутимость. – Я не могу переночевать у своего сына, когда мне