Пришлось держать язык за зубами.

- Это Матвей, майор полиции, - пояснила Плюша, а я добавил:

- И её парень.

- А-а… - пацан явно струхнул. Ещё раз смерил меня взглядом, примерно прикидывая щелбаном

какого пальца я выщелкну его из палаты. - А я Арсений. Людин одногруппник, - он нервно

хохотнул.

- Я с первого раза понял, кто ты. Я не понял только, что ты здесь делаешь? Кто пропустил? –

я скрестил руки на груди. Знаю, что так выгляжу ещё более мощно и угрожающе. Бицепсы, опять

же, так внушительнее выглядят.

Плюша поняла, что я делаю, и молча закатила глаза. Снова уткнулась носом в этот сраный

букет, который совершенно точно скоро полетит в окно.

- А кто мне запретит? – хмыкнул парень. Вроде попытался отыграть самоуверенного альфача в

Плюшиных глазах, но было заметно, что хвост у него поджат. Ещё и хохолок свой

модно-петушиный постоянно пальцами причесывает. Раздражает. – Ради Люды можно и обмануть

кого-нибудь. Прикинуться потерянным братом и сунуть кому надо шоколадку. Да, Люда?

А сейчас он совершил огромную ошибку. Если ещё секунду назад я внутренне почти убедил себя

потерпеть этого дохляка ради Плюши, то сейчас, когда он якобы по-братски похлопал Плюшу по

плечу, а она поморщилась от боли и заметно стиснула зубы, у сопляка не осталось шансов.

- Так, потерянный братишка, иди-ка ещё раз потеряйся, пока я тебе не сунули в шоколадку, -

я взял его за шкирку, как щенка и повёл к двери. Этот червь в куртке начал дёргаться, но

сразу перестал, когда вместо ворота куртки я крепко сжал его шею. Вывел из палаты и

подтолкнул в сторону выходы.

- Рили?! – возмутился шнурок. – Ты знаешь, кто мой отец?

- Будущий покойник, если сунется ко мне или Людмиле. Ты, кстати, тоже, - предупредил я.

Пока по-хорошему.

Закрыл дверь и повернулся к Плюше.

Она смотрела осуждающе и всё ещё обнимала этот скручивающий мои нервы букетик.

- Дай этот веник, - протянул я к нему руку. – А то пацану нечем выметаться.

- Не дам, - боевая Плюша отвела букет в сторону. – Он мне его подарил.

- Я тебе дарю цветы.

- Не только ты. Видишь? Арсений тоже.

- Плюша, - я очень старался не потерять самообладание. – Отдай.

- Что за неандертальские выходки? Это просто цветы. Арс пожелал мне здоровья.

- Он сделал тебе больно.

- Просто Арс не так хорошо, как ты, знает, как со мной сейчас нужно обращаться. Но я ему

потом объясню, и, уверена, он будет со мной нежен.

По хитрому блеску в её карих глазах и улыбке, которую он поспешила спрятать в букете, я

понял, что Плюша наглым образом испытывает моё терпение.

И ей это нравится.

Стерва!

- Ты специально? – я сузил глаза. Хотел нагнать строгости, но, глядя на Плюша, сам едва