Но всё там же, на втором этаже «Оазиса», во мне будто перегорело что-то. Думаю, что падающие на пол сломанными куклами детские тела, изрешеченные пулями — это теперь основной сюжет моих ночных кошмаров надолго, если не навсегда. Зато я успокоился и перестал бояться. Совсем. Пропала ватная слабость в ногах, прекратилось непонятное и раздражающее дрожание в животе, мысли пришли в порядок, а в голове стало как-то звонко и прохладно. Сумасшедшие каннибалы вокруг? Могут меня сожрать? Да я, млядь, только что в детей стрелял на поражение!!! Что более страшного со мной теперь случиться может?!!
Дальше зачистку вёл, словно какую-то рутинную работу выполнял: ровно, хладнокровно, без эмоций. Стрелял, переснаряжал магазины, вопил и грохотал, привлекая внимание ещё не вышедших на меня из здешних «лабиринтов Минотавра» тварей. Уже на третьем этаже, когда во время смены магазина на меня из-за стоек с джинсами, словно спринтер на стометровке, вылетел и прыгнул очередной упырь и схватил одной рукой за броник на груди, а второй — за ствол «Яровита», я даже не попытался вырвать оружие. Наоборот, отпустил карабин, «отдав» его твари, а сам выдернул из кобуры «Глок» и всадил повисшему на мне окровавленному молодому мужику с ранними залысинами и причёской «конский хвост» пулю снизу под подбородок. Его череп лопнул, забрызгав кровью и мозгами рекламную световую панель с идиотско-счастливыми лицами якобы обладателей какого-то «новейшего и лучшего» китайского смартфона с непроизносимым названием. На фудкорте ещё одна погань, бывшая раньше работницей какой-то точки фастфуда, красиво прыгнула прямо со стойки «Ориент кафе». Её я на лету сбил на пол прикладом. И когда что-то хрустнуло, словно яичная скорлупа, спокойно, даже отстраненно как-то подумал: «Лишь бы не шарнир приклада». Нет, к счастью для меня оказалось — височная кость прыгуньи. И снова — никаких эмоций, ни малейших переживаний, словно на тренировке.
Стоя перед закрытыми дверями в кинотеатр, я прекрасно понимал: полностью ТРЦ не зачищен. Время от времени было слышно, как где-то в глубине здания «одинокая бродит гармонь». Но визги и вопли эти были уже, мягко говоря, не особо убедительными: голоса были одиночные, да и звучали глухо, словно между нами было несколько дверей, скорее всего — закрытых. Иначе — давно бы прибежали. Да, всё равно оставался риск, что вырвется какой-нибудь особо удачливый любитель человечинки и на нас выйдет. Но задерживаться тут было ещё рискованнее — на улице ощутимо смеркалось, света из-под купола на крыше уже едва хватало на то, чтобы разглядеть собственные руки и обстановку на пару-тройку метров вокруг. Да, фонарь у меня мощный и яркий, но он всё же узконаправленный. Словом — не стоит испытывать судьбу.