Будто суровый Аэунт не набит виновными и невинными узниками, ждущими зверских пыток, казни или вечного заточения.

И будто по столице уже в открытую не ходят новые хозяева — пустоглазые жрецы со знаком извивающейся гадины на черных сутанах. Под вооруженной до зубов охраной личной гвардии Эрика.

Кто бы сказал, что в родной Лютене может стать опаснее, чем при жирном Гуго?

А еще новый король велел возобновить занятия в Лютенской Академии. Тоже — невесть почему.

Не начали бы там учить на Змеиных Адептов. То есть на Адептов Храма Мудрости. Но отца пока пугать не стоит. А то из осторожности и близко не отпустит. Даже просто из особняка.

— Для действующей армии я и прежде не слишком годился. А уж с хромой ногой и подавно. Поступлю в Академию. На врача. Вместе с Сержем Криделем. И продолжу искать дочь — тайно.

— Ты настолько веришь жене? После всего?

— Что Мирабеллу хотели убить жрецы в черных сутанах? С кривыми серпами и змеей на рукояти? Верю. А даже если бы не верил — я их видел сам. Они способны на всё. Лучше переоценить врага, чем недооценить. Разве не так ты мне всегда говорил?

— Как у тебя… с Эйдой? Что планируешь? Не хотелось бы о таком напоминать, но… сроки поджимают, Роджер.

— А как может быть, отец? Добровольно Эйда меня к себе не подпустит. А насиловать ее еще раз я не стану. Даже по приказу сотни королей. Почему бы твоему лекарю просто не объявить мою жену бесплодной? Дескать, после тяжелых первых родов…

— Столько риска… — поморщился отец.

Из-за пустяка, поняли. Из-за глупого каприза непослушного сына.

— Учти, отец, Эрику Эйда нужна живой. Потому что я нужен в качестве женатого отца семейства, а не вдовца.

— Лучше уж Эйда, чем ее сестра, — вздохнул когда-то почти всесильный министр. — Где ты умудрился с нею связаться? Только лиарской волчицы Ирии Таррент в моем доме и не хватало. Особенно после ее скандальной связи со старым развратником Ральфом Тенмаром. Она теперь любому мидантийцу не уступит. В ядах. А любой знатной квиринке — в распутстве.

А хорошему воину — в фехтовании и в стрельбе.

— Ирии теперь снова есть, где жить. У Эрика или в особняке Тенмаров. И она уже могла убить меня, если бы собиралась. А нашим домом, отец, чуть не стал Ауэнт. До конца наших дней. До самой казни. Кроме того, у меня есть для тебя плохие новости. Не знаю, как ты относишься к древним легендам, но, думаю, рисковать всё же не станешь. Если угроз Эрика вдруг станет недостаточно.

Роджер старался говорить как можно спокойнее. И почти успел закончить. Прежде чем их прервал стук в бесцветную ныне дверь. Более торопливый, чем принято в размеренном доме отца.