– Хорошо, – отвечаю, чувствуя, как щеки заливаются краской. – Я буду внимательнее.

Он снова отворачивается к своим бумагам. Я тоже пытаюсь сосредоточиться на работе, но мысли все равно возвращаются к произошедшему. Кажется, этот день полон сюрпризов. И далеко не все из них приятные.

Ближе к вечеру Глеб Владиславович уходит на очередную операцию. Я остаюсь одна в кабинете, разбирая остатки документов. В голове – тишина и спокойствие, нарушаемое лишь тихим тиканьем часов на стене.

Вдруг, в кабинет кто-то стучится.

– Войдите, – отвечаю.

На пороге появляется Настя, та самая медсестра, которая приносила Глебу Владиславовичу обед. Она смотрит на меня с каким-то странным выражением лица.

– Ты здесь работаешь? – спрашивает с ухмылкой на пухлых губах.

– Да, я личная медсестра Глеба Владиславовича, – отвечаю, стараясь держаться уверенно.

– Личная медсестра? – переспрашивает с усмешкой. – Интересно… Я думала, у него уже есть личная медсестра.

– В смысле? – не понимаю ничего.

– В прямом, – отвечает дерзко. – Я уже несколько лет работаю с Глебом, и всегда была его личной медсестрой.

Мое сердце снова начинает бешено колотиться. Неужели все, что происходит, – какая-то ошибка? Неужели я здесь случайно?

– Но… мне сказали, что Соколовский ищет медсестру на эту должность, – говорю я, чувствуя, как уверенность покидает меня.

– Тебе сказали? – повторяет она с иронией. – Кто тебе это сказал?

– Глеб Владиславович, – отвечаю я. – И в отделе кадров…

Настя смеется.

– Глеб? – говорит, постукивая пальцем по губам. – Что-то я не думаю, что Глеб стал бы так просто брать к себе новую медсестру, не посоветовавшись со мной.

В голове – полный хаос. Не понимаю, что происходит. Кто говорит правду? Кому верить?

– Я… я не знаю, что и думать, – говорю, чувствуя, как слезы подступают к глазам.

– Не переживай, – говорит Настя, смягчаясь. – Я разберусь. Поговорю с Глебом, и мы все выясним. Просто мы немного повздорили, ты же знаешь, как это бывает между… людьми, – соединяет между собой два указательным пальца и делает какое-то странное движение, напоминающее трение. – Близкими людьми.

Она выходит из кабинета, оставляя меня в полном замешательстве. Чувствую себя обманутой и униженной.

Не понимаю, зачем Глебу Владиславовичу было говорить мне, что я его личная медсестра, если это неправда. И кто я тогда здесь? Просто девочка на побегушках?

Смотрю на часы. Мой рабочий день закончился десять минут назад. Решаю, что пора идти домой. Не могу больше оставаться здесь, в этом кабинете, полном гнетущей недосказанности. Собираю свои вещи и выхожу в коридор.