– Нет, сейчас, – отрезает, как хирург скальпелем. – Чем быстрее мы проверим мои подозрения, тем лучше. Идемте. И никаких «но»!
Соколовский выходит из кабинета, и я, словно зомбированная, следую за ним. Ноги на ватных подкосах заплетаются, и я почти падаю, но вовремя хватаюсь за дверной косяк. Мы идем по коридору, и каждый шаг отдается гулким эхом в моей голове.
В голове крутятся самые мрачные мысли. Что, если у меня действительно что-то серьезное? Что, если мне нужна операция?
А может я и вовсе скоро стану звездой медицинских журналов с диагнозом «Самое странное ЭКГ в истории»?
Приходим в кабинет функциональной диагностики. Глеб Владиславович что-то быстро говорит медсестре, и она кивает, готовя аппарат для ЭКГ. Она смотрит на меня с сочувствием, и от этого становится еще хуже.
– Ложитесь на кушетку, – говорит мне Глеб Владиславович, указывая на белую клеенку, которая выглядит подозрительно новой и чистой.
С трудом повинуюсь. Сердце бешено колотится, кажется, что сейчас выскочит из груди и убежит в другой кабинет. Медсестра прикрепляет к моей груди и конечностям холодные электроды. Я вздрагиваю от неожиданности.
– Дышите ровно, не двигайтесь, – говорит она, словно я робот, а не человек, охваченный паникой.
Стараюсь выполнить ее инструкции, но это непросто. Мысли путаются, в голове – полный хаос.
Проходит несколько мучительно долгих минут, и медсестра отключает аппарат.
Она что-то смотрит на экране, потом передает распечатку Глебу Владиславовичу.
Он внимательно изучает кардиограмму, хмурится. Молчит. Его лицо становится все более непроницаемым, как будто он пытается расшифровать послание инопланетян.
А до меня только доходит: зачем тогда Соколовский сам мне утром ЭКГ делал, если может вполне отправлять пациентов сюда, в кабинет функциональной диагностики? Неужели он решил устроить мне личный аттракцион страха?
– Ну что там? – не выдерживаю, нарушая тишину, которая давит на уши. – Что со мной? Я жить буду?
Теперь волнения добавляют не только возможные проблемы с сердцем, но и вопрос: что это задумал босс?
Он поднимает на меня задумчивый взгляд. В глазах плещется какое-то странное выражение, которое я никак не могу расшифровать.
– Странно, – говорит он, наконец-то прерывая тягостное молчание.
Внутри все опускается…
Глава 5
– Странно, – повторяет босс, потирая пальцами небритый подбородок. – Здесь все в порядке. Кардиограмма идеальная. Прямо как у космонавта перед полетом.
Я смотрю на него, как баран на новые ворота. То есть, получается, вся эта паника была зря?
– В смысле? – не понимаю я. – Как это возможно?