Ты сам попросил…

Снова этот голос. Вкрадчивый, насмешливый, и звучащий будто бы прямо в голове! Он точно существует, я не шизофреник!

Меч, сверкнув отполированным клинком в ярких солнечных лучах, рухнул сверху вниз на мои руки и голову.

Я закрыл глаза.

Дзан!

Руки спружинили, гася энергию удара, и тут же нагрузка пропала, словно меч забрали обратно для нового удара.

Боли не было.

— Это… Чего вообще такое? — удивился кто-то.

Я открыл глаза.

Мои руки были покрыты… Броней? Что это? Как это назвать? Будто бы от кистей до самых плеч на руки натянули плотные ярко-красные перчатки, расчерченные белыми линиями, а сверху на них прикрепили белые костяные пластины — будто броневые элементы средневекового рыцаря. На предплечьях, на плечах — даже каждая фаланга пальцев была будто бы обернута в свой костяной цилиндр, соединенные все той же красной тканью.

И именно в эти пластины и ударился меч, на котором теперь щерилась глубокая зазубрина.

— Ты кто вообще такой⁈ — вскипел обладатель оружия и замахнулся еще раз. — Неповиновение солдатам императора карается смертью!

И он ударил еще раз!

Я снова закрылся руками, меч снова ударился в костяные пластины и раскололся надвое!

Солдат отскочил, размахивая руками и ловя равновесие, а на меня напрыгнули еще двое, одновременно занося мечи в широких замахах!

Я подставил обе руки под удары, блокируя их — и тут же из-за спин этой парочки выпрыгнул, как черт из табакерки, еще один противник, в длинном выпаде атакуя кончиком клинка мой живот!

Легкий холодок пробежал по коже — и меч бессильно звякнул о новые броневые пластины, что появились на животе и груди!

Я мельком глянул вниз, убеждаясь, что ноги начали покрываться броней тоже, и кинулся вперед.

Размышлять некогда, надо пользоваться ситуацией, пока это есть. А что конкретно это такое — разберемся потом.

Солдат закрылся щитом, я ударил кулаком чуть выше металлической блямбы, привычно вкручиваясь в удар от бедра — щит разлетелся мелкими щепками! Солдат взвыл и отскочил, роняя меч и хватаясь за левое плечо, что повисло бессильной плетью.

Холод по спине, и тут же бессильное «Дзан!» чуть ниже почки. Я развернулся, отбивая меч рукой, и тут же новый клинок устремился мне прямо в глаз!

Я рефлекторно провалился назад, — голову будто в прорубь окунули! — и поле зрения резко сузилось, но зато и клинок ушел в сторону буквально в миллиметре от глаза!

Я прыгнул вперед и ударил солдата ногой — простым прямым ударом в грудь, с вложением всей массы тела. Такой удар обычно отбрасывает, а не ломает кости — убивать их мне все же не хотелось.