Очень крупный заяц. Никогда бы не подумал, что зайцы такие огромные, да я их видел-то только на картинках! Он натурально был мне по колено, а ушами так и вовсе до середины бедра доставал! Серый, как городской воздух, тощий и поджарый, весь в какую-то крапинку, он вообще не был похож на то, что можно как-то приготовить и съесть. Казалось, что скорее уж он сам вскроет тебе живот своими задними лапами с длиннющими когтями с воплями «Ублюдок, мать твою а ну иди сюда!..», едва ты решишь к нему подойти.

Подходить к нему не хотелось. Да и не то чтобы не хотелось — я, честно, даже не мог понять, как и с какой стороны подступиться к этой бьющемуся и верещащему на ультразвуке комку ненависти! Казалось, у этого клубка со всех сторон только мельтешащие конечности с острыми когтями, среди которых изредка проскакивали уши, да попробуй еще ухвати за них!

Хорошо, что со мной была Тора. Она хладнокровно подошла, занесла над зайцем посох, помедлила несколько секунд, подлавливая момент и мощно треснула зайца по голове!

Косой обмяк и обвалился на землю пустым мешком. Тора подняла его, слабо трепыхающегося, за уши и хладнокровно перерезала ему глотку.

Я решил блеснуть своими знаниями тоже:

— А разве не надо дать крови вытечь? Ну там подвесить за задние лапы и все такое.

— Надо. — вздохнула Тора, деловито беря зайца за голову и второй рукой проводя ему по животу, будто пытаясь выдавить из него все потроха. — Но это долго, и такого времени у нас нет. Да и не такая большая тушка, чтобы можно было беспокоиться об этом. Да и потом…

Не договорив, она косо глянула на меня, и я понял, что она хотела сказать.

Опять про демонов и кровь.

Связав все той же веревкой ноги зайцу, Тора подвесила его на ближайшей ветке и ловко, буквально за пять-семь минут, освободила его от шкуры и даже выпотрошила. Потроха и всякие прочие субпродукты, включая ненужную голову, она откидывала в сторону, но недалеко. Даже не то чтобы специально откидывала, а просто кидала куда придется, явно не беспокоясь о том, чтобы сохранять какую-то видимость порядка.

Так, что-то из потрохов приземлилось возле моей ноги. Я осторожно глянул на окровавленный кусок, но благо, он не вызвал у меня никаких рвотных позывов. Зато снова произошло кое-что другое — от моих кроссовок снова отделились красно-белые нити, которые осторожно потянулись к парящей требухе. Я быстро украдкой глянул на Тору, но она была полностью поглощена свежеванием, и ничего не замечала. Тогда я продолжил наблюдение за своей ногой.

Интересно же, что там происходит, в конце концов! А если что-то страшное… Ну, отпрыгну.