Золотой коготь Иветта подняла руку. Шум мгновенно стих, лишь было слышно, как кто-то из гостей приказывает слуге долить вина.

— В честном поединке победила Райна из рода Лазурных Кречетов, — провозгласила представительница императорского рода.

Воительница с трудом поднялась на ноги, утёрла лицо рукавом, поклонилась Иветте и с гордо поднятой головой прошла к помосту. Навстречу шагнул Даран, явно сдерживаясь, чтобы не подбежать. Он ободряюще обнял Райну и потрепал по плечу. Лишь напряжение мышц его единственной руки подсказывало, что капитан просто не даёт девушке упасть. Так, плечом к плечу, они ушли в замок, скрывшись от ликующей толпы.

Пустотники и Робин не сговариваясь двинулись следом.

Далеко Райна не ушла: исчерпав остатки сил, она опустилась на первую же подвернувшуюся скамью. Даран сидел рядом, сияя так, словно это он сам прикончил Губерта.

— На. — Лёха отобрал у рыжего кувшин и, налив полный кубок вина, протянул Райне.

Та секунду смотрела на него бессмысленным взглядом, а затем выхватила кубок и осушила в два глотка.

— Ещё, — просипела она, протягивая опустевшую посуду.

— А не боишься, что отравлю? — неуклюже пошутил Стриж, выполняя её требование.

Райна выпила вино, вытрясла на язык последние капли и, откинувшись на спинку скамьи, с нескрываемым блаженством выдохнула:

— Знаешь, сейчас и сдохнуть можно.

— Да, сильно ты его ненавидела, — хмыкнула Миа.

— Ты не представляешь как, — воительница прикрыла глаза. — Жаль, сдох быстро.

— Главное, что не сдохла ты, — внёс важное уточнение Робин.

Даран взглянул на них, резко посерьёзнел и, встав, поманил пустотника за собой:

— На пару слов, одержимый.

— Вино оставь, — не открывая глаз, потребовала Райна.

Несколько удивлённый, Стриж отдал кувшин и пошёл за капитаном, гадая, какая муха того укусила на этот раз. Как-то слишком резко сменилось настроение одноглазого — то сидел, едва не мурлыча от счастья, а то вновь серьёзен, словно война началась.

Даран, отойдя на несколько метров, остановился и, развернувшись на каблуках, неожиданно заявил:

— Я твой должник второй раз.

— А? — попытался прикинуться валенком Лёха, но одноглазый оборвал его:

— Я видел, как ты ослепил Губерта.

Пустотник замер. Если видел Даран, могли видеть и другие. Это очень, очень плохо.

— Не переживай, — понял его мысли капитан. — Всем было не до тебя. Я просто заметил, как ты внезапно начал пробиваться к ограждению и понял, что у тебя есть идея. Вот и наблюдал. И… — Он оглянулся на воительницу. — Спасибо, что не сказал Райне. Ей важна эта победа.

— Это я понял, — улыбнулся Леха. — Господин капитан, разрешите вопрос?