— Вы можете отдохнуть с дороги, — оповестила меня старая волчица, зашвырнув брезгливо мою сумку куда-то вовнутрь теперь моего дома, — Вечером состоится праздник в вашу честь … Мои дочери навестят перед этим событием, приготовят, — Женщина ушла, оставив меня в гордом одиночестве.

Нет уж. Я столько лет старалась стать сильной. Проста так я не сдамся. Начало конца не означает же окончательный крах жизни. Еще повоюем.

Наплевав на все правила, о которых мне напоминал вездесущий Кадгар, я вышла на улицу. Посмотрела на всех зевак, словно они букашки. Расходились тут, смотрят, как на экспонат.

— Интересно? — В лоб спросила первого попавшегося волка. Им оказался молодой еще, со смешным пушком у ушей, парень. Юноша вылупил на меня глаза, как на чудовище какое и убежал, не забывая оглядываться. Шальной какой-то.

Не обращая должным образом никакого совершенно внимания на собравшихся на улице волков, я бодро шлепала к лесу. Соскучилась очень по нему. В Танаисе и парка то нормального нет, лишь на территории Академии небольшая аллея. И мне больше всего в городе не хватало именно молчаливого вечно спокойного леса. Он своей зеленью и высоченными стволами деревьев успокаивал и меня. Вселял надежду на что-то хорошее.

— Эри, головушка твоя прекрасная совсем не работает, когда нервничаешь? — насмешливый голос Кадгара вызвал лишь глухое раздражение, своего пути я не прервала, все так же шла прямо к высоченным соснам, слегка припорошёнными снегом.

— Эрьяна, — грозные нотки прозвучали волнительно, поэтому я притормозила, полуобернувшись на голос беты. Кадгар был уже облачен в традиционный наряд, щеголяя голыми ступнями и не менее голым торсом. Увлекательное такое зрелище, особенно при зимнем пейзаже. У меня в голове будто что-то щелкнуло, я подошла к волку сама, краем глаза видя всеобщий шок и неодобрение всех правильных оборотней. А уж слух уловил гневное перешептывание. Не всем пришлась по душе моя выходка.

— Да, равил, — В голос постаралась вложить всю нежность на которую была способна, чем ввела непробиваемого Кадгара в ступор.

— Возвращайся в дом, — приказал он, чувствуя неладное. Я ласково улыбнулась ему, на что он грозно нахмурился. Даже не понимает, что я задумала.

— Что происходит? — до отвратного прокуренный голос альфы вызвал всплеск гаммы чувств: страха, отчаянья, глухой печали и паники. Мозг у меня отключился напрочь, иначе я не сделала того, что произошло в следующую секунду.

Порыв тела и я уже прижимаюсь в болезненном поцелуе к Кадгару, льну всем туловищем к нему. Самое удивительное, что он отвечает, но нежно, словно извиняясь.