— А потом в голову.

— Это сложнее, — согласился Сашка. — Но бывают и не такие чудеса. Типа, пуля скользнула по кости и срикошетила к хренам. Вид у раны страшный, но мозг не задет. Да и сколько там того мозга-то? Ты просто не обратил внимания в запарке.

— Я его обыскал, — сказал я. — И рассмотрел довольно внимательно, учитывая обстоятельства.

— Почему именно его?

— Потому что он не вписывался, — сказал я.

— Нашел что-нибудь?

— Нет.

— Ни паспорта, ни, сука, списка жертв?

— Дилетант, наверное.

— Чапай, прости, я не могу не спросить. А этот седьмой, он, вообще, сука, был? Ты меня не мистифицируешь с какой-нибудь непонятной мне целью?

— На кой черт мне на себя просто так лишнего жмура вешать?

— Так ты ничего и не вешаешь. Нет тела — нет дела, как говорится.

— Ладно, — я пошуршал среди разложенных на столе фотографий, нашел нужную и ткнул пальцем в ее фрагмент. — Вот это пятно крови осталось от него. Здесь он лежал.

— Там шесть трупов с огнестрельными ранами, там этой кровищи…

— И тем не менее, — сказал я. — Можно анализ ДНК заказать.

— Ты помнишь, что на дворе восемьдесят девятый год, а дело закрыто? — спросил Сашка. — Если комитет в него полезет, это вызовет подозрения.

— А разве комитет не выше всяческих подозрений?

— Я, конечно, этот момент на заметку возьму и доложу о нем кому попало, — сказал Сашка. — Потому что подозрительно это все и вообще. Но, честно говоря, мне кажется, что ты слишком большое значение этому эпизоду придаешь.

Но судя по озабоченному выражению его лица, он успокаивал скорее себя, а не меня.

— Возможно.

— А своя версия-то у тебя есть?

— Профи, — сказал я. — Пытался продолжать дело даже после того, как поймал первую пулю. Можно предположить, что его послал отец похищенной девицы, но…

— Но?

— Не тот уровень. На человека со связями, которые позволяют отправлять на задание спецов такого класса, Лобастый в принципе бы прыгнуть не мог.

— Он, значит, спец, а ты его двумя выстрелами положил, — задумчиво сказал Сашка. — Но это фигня, конечно. Может быть, тут вовсе не в уровне дело, может, это одноклассник его вызвался помочь или друг семьи…

Этот вариант мне не понравился, потому что выходило, что я убил человека с «нашей» стороны, который явился совершить хороший поступок, но попал под мой «дружеский» огонь. Тем не менее, нельзя сбрасывать со счетов версию только потому, что она выставляет меня не в самом лучшем свете.

Правда, это в любом случае не объясняло того, куда делся его труп. Разве что менты, которые приехали первыми, признали своего и решили не палить контору и переложить его в какое-нибудь другое место… Но откуда у мента «вальтер» с глушителем?