И хотя я и на самом деле был один, я бы на их месте не расслаблялся.

— Есть еще третий вариант, — заметил я.

— И какой же?

— У меня на кармане ствол.

— Ствол? — ухмыльнулся один из тех, кто сидел за столом. — Типа, вот такой ствол?

Он сунул руку за пояс, и вытащил из-под спортивной куртки какой-то древний «наган», но делал это слишком медленно, так что я успел прострелить ему предплечье.

Он грязно выругался и выронил револьвер, схватившись здоровой рукой за больную. Остальные попытались дернуться, но я покачал головой.

— Небольшой урок математики, — сказал я. — Вас тут пятеро, может быть, в соседней комнате есть кто-то еще. Если вы решите на меня прыгнуть и вам очень повезет, то прежде чем дело войдет в стадию неконтролируемого насилия, я успею пристрелить троих. Вы видели, я стреляю очень быстро. Что будет потом, я не знаю, на это будет влиять множество факторов, которые сейчас трудно даже спрогнозировать, не то, что просчитать. Может быть, вы меня и одолеете. Но прежде вам стоит ответить самим себе не вопрос — кто будут те первые трое? И готов ли каждый присутствующий стать одним из них?

— Слишком много болтаешь, — сказал Лобастый.

— Есть такая проблема, — я чуть сдвинул ствол, чтобы он смотрел ему прямо в живот. — Ты, если что, будешь первым. Ну, просто потому, что ты тут главный.

— Ты кто, вообще, такой?

— Я — Чапай, — повторил я.

— Ты сдал моих пацанов ментам.

— С моей стороны это был акт милосердия, — сказал я. — Или ты предпочел бы, чтобы я закопал их в лесу? Все, что с ними случилось, это твоя ответственность, Лобастый. Это ты их ко мне прислал.

— Ты не с Тимуром, — сказал он. — Мы бы знали, если бы ты был с ним. Зачем ты за него вписался?

— Друг детства, — сказал я.

Друзья пришли на помощь к подстреленному, помогли ему снять куртку и изучали рану.

— Пуля прошла навылет и ничего важного не задела, — подсказал я. — Наложите тугую повязку и через какое-то время он будет как новенький. Не сразу, конечно, но это заживет.

— Думаешь, если у тебя гэбэшная крыша, то ты самый крутой? — спросил Лобастый. Он был уже не такой расслабленный, как раньше, но, как мне кажется, напрягся еще недостаточно.

Их все еще было больше, и он считал, что у них есть шансы. Возможно, в другой комнате не один человек, а больше. И у него тоже есть ствол.

Или он подкрепления ждет.

Или он просто дурак и еще не понял, что тут происходит, и кто его навестил. Впрочем, это в любые времена довольно распространенная ошибка.

— Мне крыша не нужна, — сказал я. — Я сам себе зонтик.

— С утра половину моих пацанов приняли, — сказал Лобастый. — Менты без приказа сверху ничего бы делать не стали.