— Угу, — сказал Сашка. — Так и запишем.

Но записывать, разумеется, ничего не стал.

— А с чего вообще такие вопросы? — поинтересовался я.

— Органы правопорядка обязаны отработать все версии, — сообщил он. — Включая и самые невероятные. А у тебя был мотив.

— Это какой же?

— Они тебе машину покоцали.

— Офигенный мотив, — сказал я. — Они, значит, мне машину покоцали, а я за это шестерых завалил? Я кто, по-твоему? Рэмбо?

Тут, конечно, для примера больше бы Джон Уик подошел, но его еще не сняли.

— Согласен, так себе мотив, — сказал Сашка. — Не похож ты на отморозка, который ради машины людей убивать будет.

— Вот и я о том же, — сказал я. — А с каких пор комитет вообще таким занимается?

— Да наш отдел чем только не занимается, — вздохнул Сашка. — Там, кстати, еще девица какая-то была. В смысле, когда менты приехали, ее уже не было, но одежда осталась. Изорванная вся. Туфельки. Прочие остаточные, сука, следы. И судя по всему, была она там отнюдь не по своей воле. И обращались с ней там, скажем так, не слишком хорошо.

— Ну, так дело раскрыто, — сказал я. — Ищите ее молодого человека.

— Красивая версия, — согласился Сашка. — Романтичная, ептыть. Только я в такую романтику, Чапай, ни хрена не верю. Ее молодой человек, даже если бы ее там нашел, от Лобастого и его дружков получил бы по чайнику и где-нибудь за сараем в землю прилег. Да и откуда у молодого человека ствол?

— Мало стволов сейчас по рукам ходит, что ли?

— И то верно, — согласился Сашка. — Вот у тебя ствол есть?

И, несмотря на формулировку, это был даже не вопрос. Он знал, что есть.

— Есть, — подтвердил я.

— Покажешь?

— Прямо сейчас?

— Нет, когда доедим, — судя по скорости, с которой он поглощал пищу, ждать осталось совсем недолго. — А ты, я смотрю, к своей порции почти даже и не притронулся. Прости, если это я тебе своими разговорами аппетит отбил, к хренам. Не думал, что ты такой неженка.

— Да не, я просто в школьной столовой успел перекусить, — сказал я.

— Ладно, — он одним глотком отхлебнул половину своей кружки кофе.

— Саму девицу-то нашли? — спросил я.

— Нет, но ищем, — сказал он. — Пробиваем, так сказать, сферу финансовых интересов группы Лобастого. Ибо думаю я, что тут, сука, бизнес замешан, а отнюдь не романтический интерес.

— Удачи вам во всех ваших начинаниях, — сказал я.

— Ты, Чапай, какой-то спокойный.

— А чего мне дергаться? Совесть моя чиста.

— Ну да, ну да, — сказал он, собирая остатки яичницы последним куском хлеба. — Пойдем, ствол предъявлять будешь.

Мы пошли, и я предъявил.

Майор покрутил пистолет в руках, передернул затвор, понюхал дуло. Потер пальцем вытисненный на рукояти герб.