Глава 22
В холле флигеля было тепло, чуть пахло свежей штукатуркой и куриным бульоном с временной кухни, в которой теперь хозяйничала и Алена Петровна.
Мимо нас прошла тетя Нина с кастрюлей наперевес, бросила взгляд, но не остановилась — у нее что-то определенно горело. Альфик прошмыгнул следом, чуть не наступив ей на пятку.
— Александра Ивановна, родная моя, объясните все по порядку, — попросил я. — Спокойно и обстоятельно. Кто все эти люди?
Она кивнула и пошла впереди меня по коридору. В правой руке у нее был зажат согнутый пополам лист с фамилиями, выведенными неразборчивым почерком.
— Одиннадцать человек записалось на сегодня, Сергей Николаевич.
Я резко остановился.
— Постойте, Александра Ивановна. Что значит «записалось»? Я в больнице больше не работаю. И санаторий, заметьте, по бумагам, не медицинская организация. Никакой лицензии у нас нет. Я не могу принимать пациентов.
— Так никто и не принимает, Сергей Николаевич, у нас тут… — Она замялась, после чего продолжила: — У нас тут «Клуб здоровья». Люди просто пришли пообщаться о здоровье, понимаете?
— Клуб здоровья… — задумчиво проговорил я. — Ну-ну. Это Наиля идея?
— Именно. Понимаете, не по-людски будет бросить пациентов. Вы же им сами обещали, что в санатории примете?
— Обещал, — кивнул я, вспомнив последний день в больнице. — Но буквально парочке человек, а вы говорите, что их уже одиннадцать.
— Ну так земля слухами полнится. — Она посмотрела на меня и буквально взмолилась: — Поговорите с ними, Сергей Николаевич, ну что вам стоит? Пускай зайдут, расскажут, что у них болит. Вы послушаете, я послушаю — что-то да и посоветуем. Без бумажек, без подписей. Просто разговор.
Тем временем мы вошли в одну из комнат, выделенных под импровизированный кабинет.
Скептически оглядевшись, я обнаружил у окна старый стол со стулом, у стены — еще два стула. У другой — кушетку.
— Ну ладно, разговор, — хмыкнул я и укоризненно посмотрел на Сашулю. — Поговорить мы всегда можем. А вот если рецепт понадобится или направление? Что тогда?
— А если кому понадобится, — начала Александра Ивановна, выразительно помахав передо мной согнутым пополам листком, — я с Ларисой Степановной и Лидочкой переговорю. Да и… Люди ведь пришли. Кто-то аж из Семисолы приехал. Не выгонять же, Сергей Николаевич.
Я хмыкнул и обреченно махнул рукой:
— Хорошо. Заводите.
Она кивнула и исчезла за дверью, а через минуту вернулась.
Следом вошел широкоплечий парень лет двадцати пяти. Вошел уверенно, но правую ногу при каждом шаге ставил чуть осторожнее, чем левую, и, скорее всего, давно этого за собой не замечал.