— Все понятно. Спасибо. Честно. Вы дали мне шанс.

Ольга Витальевна слабо улыбнулась — впервые за весь разговор.

— Вы помогли мне советами, я помогла вам. Взаимная выгода.

Я встал и направился к двери. На пороге обернулся.

— Кстати, Ольга Витальевна. Если есть возможность — лягте сегодня пораньше. Отдых при мигрени важнее всех лекарств. И выключите яркий свет дома.

Она кивнула.

Прощаясь, она смотрела на меня уже как на человека.

* * *

Из банка я вышел в приподнятом настроении, насколько это вообще возможно для человека в моей ситуации. Реструктуризация одобрена, квартиру пока не заберут, Костромина оказалась нормальным человеком. Да и деньги на виртуальный счет рано или поздно упадут, никуда не денутся. Тогда и рассчитаюсь с кредитом полностью.

Свернув с Баумана на остановку, я полез в карман за телефоном, чтобы проверить расписание автобуса, и в этот момент прямо передо мной с глухим стуком на асфальт шлепнулся толстый кожаный бумажник.

Мужик в спортивном костюме, уронивший его, продолжал идти вперед, не замечая потери.

Я даже не успел решить, окликнуть его или нет, когда рядом материализовался второй персонаж: парень лет двадцати пяти, в кепке и с добродушной улыбкой.

— О, братан, смотри, кто-то потерял! — Он указал на бумажник. — Подними, глянем, может, документы есть, вернем человеку.

Я посмотрел на него, потом на удаляющуюся спину «потерпевшего», который, судя по напряженной шее, отлично знал, что происходит у него за спиной.

— Давай-давай, — подбодрил парень, — ты же видел, как он уронил. Вдруг там деньги, он расстроится.

Схема была настолько древней, что я помнил ее еще по девяностым. Поднимаешь кошелек, «хозяин» возвращается, обвиняет в краже, «свидетель» подтверждает, вместе вымогают компенсацию. Вариации включали вызов липовой полиции или подсчет «пропавших» купюр, впрочем, суть оставалась неизменной.

— Знаешь что, — сказал я, доставая телефон и демонстративно включая камеру, — давай лучше в отделение. Там и вернем, и протокол составим, все по-честному.

Парень в кепке моргнул.

— Да ладно, зачем полиция, мы же по-человечески… Просто вернем кошелек. Да?

— А сам почему не вернешь?

— Э… Ну ты же первый нашел.

— Разводите, значит, — кивнул я. — Ну-ну.

«Потерпевший» впереди внезапно ускорил шаг и свернул за угол. Парень в кепке посмотрел на меня, на бумажник, на телефон с записью и растворился в толпе за три секунды.

Бумажник так и остался лежать на асфальте. Наверняка пустой.

Не по сезону теплое солнышко припекало затылок, пахло кофе из ближайшей кофейни и выхлопными газами от проезжающих машин. А я убрал телефон и пошел к остановке, усмехнувшись про себя.