— Ты что-то заподозрил?
— Мне кажется, он играет не на твоей стороне. Вполне возможно, что у него с твоим мужем какая-то схема. Или с кем-то из конкурентов. Просто имей это в виду.
Я толкнул дверь, но она схватила меня за руку и, глядя в глаза, сказала:
— Спасибо, Сережа. Ты меня уже в который раз выручаешь.
Эмпатический модуль показал, что говорит она искренне: благодарность, облегчение, доверие. Никакой фальши.
Так что вышел на улицу я с ощущением, что все сделал правильно.
Сел в предоставленную Алисой Олеговной машину, и ее водитель отвез меня домой.
Глава 4
Дома я с размаху бухнулся на кровать. Прямо как был, в одежде.
Что-то вымотало меня все это совершенно.
Я даже мяуканье Валеры проигнорировал. Тот, впрочем, понял, что мне не до него, и умолк.
И тут раздался звонок. На экране высветился незнакомый номер, но ответил я машинально, а голос узнал сразу.
— Епиходов, спустись. Надо поговорить.
Участковый Гайнутдинов? Зачем я ему понадобился? По интонации было понятно, что дело серьезное, но не критичное. Я мысленно прикинул вероятности и пришел к выводу, что речь, скорее всего, о заявлении, которое на меня накатали соседи. А не поднялся он сам ко мне… потому что устал. Наверное… Ладно.
— Сейчас буду, — коротко ответил я и, превозмогая усталость и лень, поднялся с кровати. Положил трубку и посмотрел на Валеру, устроившегося на подоконнике. Я почесал его за ухом, накинул спортивку и спустился.
На улице мелкая морось висела в воздухе. Промозглый ветер пробирал до костей. Лужи антрацитово блестели в неровностях асфальта, отражая тусклый свет солнца, пробивающийся сквозь свинцовые тучи.
У подъезда стояла бледно-серая служебная «Лада-Веста», а рядом с ней, опираясь на капот, Гайнутдинов. Участковый был в форме и смотрел куда-то в сторону.
Рядом с ним замер подросток лет четырнадцати-пятнадцати, в неброской куртке с оторванным бегунком, застегнутой на булавку. Капюшон был надвинут почти на глаза, руки — глубоко в карманах, а плечи напряжены, словно он готов в любой момент сорваться с места и убежать. Я окинул парня взглядом: скуластый, узкоглазый, худощавый, явно недокормленный, рост около ста шестидесяти пяти сантиметров, угловатый. Кроссовки стоптанные, промокшие насквозь, носки, вероятно, тоже. Лицо не разглядеть из-за капюшона, но зубы сжаты, видно даже отсюда.
Гайнутдинов выпрямился, увидев меня, и устало кивнул.
— Нашли метателя, — сказал он без предисловий, кивая на подростка. — Рашид зовут. Живет в соседнем доме.
Подросток дернулся, услышав свое имя, но промолчал, глядя под ноги.