— Благодарю, мужики! Совсем эти курьеры нюх потеряли!
Ринат остался во дворе осматривать свое приобретение, а я пошел домой.
Глава 2
А на площадке меня перехватила Алла Викторовна.
Она стояла у своей двери с мусорным пакетом в руке и при виде меня оживилась так, будто ждала этого момента весь день.
— Сережа! — Соседка отставила пакет в сторону и подошла ближе, понизив голос до театрального полушепота. — Хорошо, что я тебя поймала!
— Что-то случилось?
— Случилось, случилось! — Алла Викторовна округлила глаза. — Тут к тебе журики приезжали! С камерой! Целая бригада — человека три или четыре, я точно не разглядела. Звонили в твою дверь, потом по квартирам ходили, расспрашивали.
— И что расспрашивали?
— Ну как что! Какой ты человек, давно ли живешь тут, с кем, водишь ли кого… Я им, конечно, ничего плохого не говорила. Сказала, что ты приличный молодой человек, врач, помогаешь соседям. Про то, как меня на днях спас, тоже упомянула — пусть знают!
Я мысленно застонал. Караяннис просил не давать комментариев, а тут соседка уже раздает интервью на всю республику.
— Спасибо, Алла Викторовна. А давно они уехали?
— Да только что! — Она сокрушенно покачала головой. — Ждали, ждали, чуть-чуть не дотерпели. Потом сели в машину и укатили. Но сказали, что вернутся! Так что имей в виду.
— Буду иметь, — вздохнул я. Похоже, если бы не Ринат и продажа машины, они бы меня поймали. — Спасибо, что предупредили.
— Да не за что! — Алла Викторовна подхватила свой пакет и направилась к выходу, но на полпути обернулась. — А это правда, Сережа, что ты дочку этого… как его… Хусаинова спас? У меня внучка прислала ссылку, я посмотрела — там девочка такая красивая про тебя говорила!
— Правда, — коротко ответил я и быстро скрылся в квартире, пока разговор не перешел в двухчасовое обсуждение всех подробностей операции.
В прихожей меня встретил Валера — сидел у двери и смотрел с выражением оскорбленного достоинства. После вчерашнего выговора он явно затаил обиду и теперь демонстрировал ее всей своей бандитской сущностью.
— Не начинай, Кутузов, — сказал я, переступая через него. — Сам виноват.
Валера фыркнул и отвернулся.
На кухне я заварил себе успокаивающего чаю, сел за стол и…
Не успел и глоточка сделать, как включенный телефон запиликал и завибрировал.
Я изучил, насколько все плохо. Пропущенные вызовы — одиннадцать штук, все с незнакомых номеров. Журналисты не сдавались. Несколько просьб и требований дать интервью.
И эсэмэска от Мельника:«Сергей! Нужно срочно поговорить. Жду в пиццерии напротив больницы к 14:00! Это важно» .