— Ли, объяснить мне! — потребовала Богиня.
— Мам, там… — Коди сбежал вниз по ступенькам.
Вид у парня был растерянный. Он смотрел на мать, вытаращив глаза, и тыкал пальцем в сторону двери спальни на втором этаже, но вдову, похоже, это не интересовало.
— Потом. Всё потом! Мы уходим, — вдова засобиралась.
— Уходим?! — оторопела Ёлка. — Объяснять! Не оставлять меня одну!
— Слушай, девочка, — Ли уже натянула на сына полушубок, — не время сейчас. Нужно спешить. В твоём чреве жизнь. Понимаешь?
— Фея и уродец-Гар были в круге предков и не говорить нам? — Коди чуть не испепелил Богиню взглядом.
— Не были, — вдова натянула шубу и распахнула уличную дверь. — В том и дело — не были.
Ёлка забралась с ногами в кресло у камина. Мысли мелькали так быстро, что реальность, кажется, замедлилась. Если Ли не соврала, и женщины здесь знают, что беременны с первого дня… Ведь отец ребёнка её Ансгар — шинарец. Ёля прислушивалась к ощущениям внутри себя — то отмахиваясь от мыслей о беременности, то чувствуя, как в ней что-то неуловимо изменилось. А вдруг правда?.. Что теперь? Она не сомневалась — Гар обрадуется новости, и от этого душа звенела, но поведение вдовушки глушило нежную песню. Соседка юлила насчёт Искры Ивановны. И что значила её фраза — «спасение для Шинари»? Пойти к ней, потребовать объяснений? Глупость. Ёлка фыркнула, подперев щёку кулаком. С соседки всё как с гуся вода. Небось, снова выпрашивает у Богов совета — спит попросту.
Конфетки хоть и не самые вкусные, а кончились быстро, но настроения не прибавилось. Хотелось рвануть в лес, отыскать Гара и повиснуть у него на шее. Невозможно держать в себе такую новость! Ёлка вздохнула и с грустью покосилась в сторону корзинки с сахарными крендельками. Во рту кислым огнём расползлась изжога. Нет уж, хватит. Запретив себе даже думать о сладком, Ёля поняла, что так обидно ей в жизни не было. Её медведь где-то далеко, его не будет чёрт знает сколько. Придётся коротать ночи в холодной постели, обнимая не любимого мужчину, а шкуры убиенных зверей. «Убиенные звери» вызвали в груди волнение, по щекам потекли слёзы.
— Кошмар какой… — всхлипнула.
В Шинари нет аптек с тест-полосками на беременность, нет лаборатории, где можно сдать кровь на анализ, да и не нужно это. Всё и так понятно. Плевать на Искру Ивановну и непонятные полунамёки Ли — на всё плевать, кроме Ансгара и их малыша. Встретить человека, с которым захочется прожить жизнь — это уже много, а здесь, в Шинари, значимость такого выбора возрастала в десятки раз. Ёлка хорошо уяснила, что круг предков — не ЗАГС, где «бракованные» ставят подписи и отправляются отмечать это дело, порой даже не задумываясь о клятвах, которые дали друг другу…