С большой радостью скинул бы эту перекормленную тушу, а также все торговые сделки с ней, на Батю. Блядь, ну и где его черти носят, когда он так нужен?

В то же время.

Северо-восточнее Столицы Федерации.

Уничтоженное поселение предателей.

Ступая по пепелищу и переступая трупы, Добрыня внимательно рассматривал следы произошедшего накануне побоища. Кто-то добрался до предателей раньше его войска и этот кто-то был явно очень и очень силён. В перемешку, одна на другой, валялись кетти и Рагозские воительницы. Повсюду виднелись разбросанные тела, разорванные и при этом не разрубленные. Добрыня в жизни своей много видел, но то, что предстало ему сейчас, в корне отличалось от всего, что он когда-либо переживал.

— Может, они друг друга перестреляли? — Глядя под ноги, спросила помощница Добрыни.

— Из чего? — Пальцем старик ткнул в рану на плече убитой кетти, надавил, и палец прошёл насквозь. Такую же рану Добрыня видел и на теле валявшейся рядом Рагозской наёмницы, которую в области груди прикрывала высококачественная кираса. — Посмотри, в кетти попали трижды: плечо, голова, живот — всё сквозное. В эту попали один раз, между грудей, и насквозь, даже позвоночник пробило. Ядер такой формы я вокруг не вижу, и воронок, которые они могли оставить, тоже. Выходит, огнестрел тут не при чём, их всех убивали из одного оружия. Хоть следы борьбы налицо, но не видно, чтобы они сражались друг с другом. Оглянись, их мечи, если и заляпаны кровью, то только той, что вытекала на землю из других. При этом нет ни у кого ни ссадин, ни пулевых, ни порезов от оружия, которым они владели.

— Ну… — протянула кетти, — я видела парочку от пуль.

— Скорее всего шальные. — Отказался верить в теорию, что Республика в ответ на неудачу решила вырезать предательниц, чьим знаменем в войне она могла прикрываться. Следующей целью для изучения стала разорванная пополам женщина с очень выразительной деформацией плечевого и тазобедренных суставов. На запястье у той виднелись синяки, словно нечто, то ли кандалы, то ли верёвки обвились вокруг… Задрав на ноге плотную ткань республиканских красных штанов, Добрыня видит аналогичные отметины.

— Будто её привязали к двум быкам и погнали их в разные стороны, разорвали… — проговорил старик, изучая почву, но следов копыт не обнаружил. До ближайшего дерева далеко, веревок вокруг не видно, следов волочения тоже, а подобных разорванных тел слишком много. — Ну не могли же верёвки сами по себе летать по воздуху и рвать людей на части. — Ничего не понимая, пробормотал старик, и тут же на соседней возвышенности, на фоне листвы и неба, заметил одиноко стоящий силуэт. В красных рваных одеждах, похожих на республиканскую форму, это была девочка или скорее подросток. Добрыня кивнул в сторону загадочной особы, его кошки тут же приметили цель и рассредоточились, рассыпаясь вокруг.